Та же петрушка — с министром внутренних дел. Реально, на деле он был полным командиром лишь над уличными патрульными и уголовной полицией — однако формально, на бумаге, в его подчинении состояли и тайная полиция Мтанги, и жандармерия Очеренго. И он опять-таки мог уволить обоих в отставку в любой момент. И им пришлось бы подчиниться — ни Очеренго, ни Мтанга не смогли бы устроить, деликатно выражаясь, силовое сопротивление, на них тут же навалилась бы армия. Не по убеждениям, а оттого, что предусмотрительный Папа давненько уж разработал систему, где четко расписано, какая именно часть подавляет мятеж которой-либо другой части. Не нужно приказов и резолюций, все произошло бы автоматически — расписано до мелочей, есть секретные приказы… До сих пор министр внутренних дел десятой дорогой обходил и жандармерию, и хозяйство Мтанги, не говоря уж о том, чтобы требовать регулярных отчетов (каковые и Мтанга, и Очеренго ему сами порой приносили по доброте душевной — точнее говоря, когда им это было выгодно). Но теперь достаточно росчерка авторучки… Если того до сих пор не произошло, с уверенностью можно сказать: оба министра (точнее, их семьи) если и не стоят полностью на стороне Натали, то, по крайней мере, держат нейтралитет — спасибо и на том… Иначе их возможности могли сузиться до полиции: по той же системе министр внутренних дел имеет право выкинуть в отставку не только Лавуту с Мтангой, но и Мазура со всей его командой. Натали, конечно, придя к власти, все то моментально исправит… если доживет…
Мазур покосился на циферблат. До романтической встречи в «Полине Боргезе» очаровательной Эжени и сиятельного князя оставалось два часа.
Глава седьмая
Великосветские хроники
Акинфиев в данных конкретных условиях мог бы проделать многое, например, успеть покончить с собой. Одного ему не удалось бы ни за что на свете: смыться из «Боргезе». Мтанга, считавший, что лучше пересолить, чем не досолить, не ограничившись своими силами, попросил помощи Очеренго — каковую, понятно, получил мгновенно. Так что «Боргезе» блокировали более сотни агентов Мтанги и жандармов в штатском — так, что мышь не проскочит. Вдобавок вокруг здания разместили полдюжины машин и столько же мотоциклетов. Мтанга хотел исключить любые случайности. Но все, конечно, было организовано так, чтобы не привлекать внимания внешнего мира.
Ну, а брать собирались Лаврик с Мазуром — против чего Мтанга ничего не имел, разве что присовокупил к ним верного Флорисьена.
Наружка, расставленная вокруг жилого комплекса сразу после визита Мазура с Лавриком к супруге ревнивого корсиканца так и не доложила, что Акинфиев выходил из здания или хотя бы появлялся на балконе. Судя по всему, после телефонного разговора с Эжени он безвылазно сидел в квартире — что в его положении было вполне разумно…