– А где моё платье? – спросила я. Что-то не помню его в нашей комнатке, неужели выкинули?
– У меня, – ответил Слоу и открыл перед нами дверь кибитки для рахушь.
– О, нет… я еду с ними? – заскулила я. Слоу кивнул. – Доргу зол?
– Ты даже не представляешь насколько, так что садись и очень постарайся не привлекать к себе внимание.
Я обречённо вздохнула и залезла в повозку. Она была похожа на мини лимузин – диванчики по бокам и в конце ещё один, к нему я и направилась, нахально заняв его единолично, соседи мне были не нужны. Легла и задрала ноги на стену.
– Элина, здесь нельзя лежать, – сказала мне одна из рахушь. Я приоткрыла глаз, рахушам явно было тесно на двух оставшихся диванчиках.
– Кому нельзя? Тебе? Так ты сидишь.
– Нет, тебе. Раз на твоём теле клеймо и доспехи, значит ты рахуша, а правила для всех одни, – вставила своё слово Дара.
– Ну так пожалуйся мару в следующий раз, когда он будет тебя трахать словно низшую, а пока заткнись, иначе у мара станет на одну рахушу меньше, – огрызнулась я и снова закрыла глаза. К горлу подкатывали слёзы.
«Доргу?» – позвала я своего хозяина. Он молчал. «Доргу, пожалуйста… поговори со мной».
Ох, надеюсь, рахуши не заметят, что я реву, как крокодил. Хорошо, они опасаются меня, а глаза закрыты, но стоит их открыть, слёзы уже не скрыть.
«Доргу, я провинилась, но пожалуйста, не молчи»
Но он молчал, и это было скверным признаком.
Я отбросила в сторону деревянный меч и без сил легла на горячий песок. Закрыла глаза. Тренировки только что закончилась, но идти в купальню желания не наблюдалось. Подняла ноги на стену и ещё раз глубоко вздохнула, пытаясь выровнять дыхание. Конечно, лёжа это не делается, но стоять на ногах сил не было, Слоу сегодня был особенно требователен, а на балконе я снова видела Доргу. Он не подходил ко мне с тех пор, как мы вернулись с открытия арены в Порисе, Слоу сказал, что жить теперь я буду в Роху и тренироваться вместе со всеми. Я рахуша вот уже десять дней. Со стандартным набором вещей: форма и доспехи.
Наставники радовались неимоверно, Рану вспомнил, как я с ним спорила и утверждала, что имею дан по айкидо, позволяющий мне преподавать и настаивал, чтобы часть тренировок проводила я и рассказывала о философии айкидо. Она, разумеется, была непонятна рахушам, практикующим силовые тренировки, да и мне было тяжело видеть негодующие взгляды моих «учеников», но Рану утверждал, что результат на лицо и рахуши стали более спокойными и умелыми. Я этого не видела… да и не хотела видеть, честно говоря. Чему можно научиться за столь короткий срок? А то, что я постоянно чувствовала на себе взгляд любимого мужчины… удручало, мягко говоря.