— Она свяжется со своим юристом, — сказал Шелби. — Вот что она сделает.
Марк подошел ко мне.
— Лора, вы не должны делать попыток уйти отсюда.
— Хорошо, я не уйду.
— У него на улице стоит человек. Ты так или иначе не сможешь уйти отсюда, — сказал Шелби. — Он наблюдает за тобой.
Марк исчез, не произнеся ни слова, не посоветовав мне поспать, не попрощавшись.
— Мне этот парень не нравится. Он хитер, — сказал Шелби, как только закрылась дверь.
— Ты уже говорил это раньше.
— Ты, Лора, доверчива. Слишком доверяешь людям.
Я стояла спиной к Шелби, глядя на полку с любимыми книгами.
— Он был очень добр, — сказала я, — и уважителен. Мне кажется, он хороший человек. Никогда не думала, что могут быть такие сыщики.
Я почувствовала, что Шелби протягивает ко мне руки, и отошла. Он был спокоен. Даже не оборачиваясь, я знала выражение его лица.
Он взял в руку те две таблетки, которые оставил на столе Марк.
— Думаешь, следует их выпить, Лора?
Я резко повернулась к нему:
— Боже мой, не думаешь ли ты, что он пытается дать мне яд?
— Он, должно быть, человек прожженный. Следует ожидать от него крутых действий. Мне не нравится, что он пытается вести себя как джентльмен.
— Фу! — поморщилась я.
— Ты ничего не замечаешь. Этот человек хочет сделать тебя похожей на себя, ты открываешься ему и делаешь признания. Ради этого он и старается все это время, ради признания. По-кондукторски грубо, должен сказать.
Я села на кушетку и стала колотить кулаками по подушке.
— Ненавижу этот мир. «По-кондукторски грубо»! Я миллион раз просила тебя не употреблять эти слова.
— Хорошие английские слова, — ответил Шелби.
— Старомодные. Вышедшие из употребления. Сейчас люди уже не говорят о кондукторах дилижанса. Это же викторианство.
— Кондуктор дилижанса остается кондуктором дилижанса независимо от того, устарело это или нет.
— Довольно с меня твоего южного происхождения! Довольно с меня твоей правоты! И твоей проклятой галантности! — Я заплакала. Слезы побежали по щекам и закапали с подбородка. Золотистое платье стало покрываться мокрыми пятнами.
— Дорогая, ты взволнована, — сказал Шелби. — Этот чертов кондуктор дилижанса так подействовал на тебя, он измучил тебя.
— Я же просила, — завопила я, — чтобы ты не употреблял эти слова!
— Прекрасные английские слова, — проговорил он.
— Ты уже это говорил. Повторял миллион раз.
— Ты их найдешь в словаре Уэбстера, — сказал он.
И в словаре Фанка и Уэгнолла.
— Я так устала, — произнесла я. Я стала тереть глаза кулаками, потому что в нужное время никогда не могу найти носовой платок.
— Прекрасные английские слова, — вновь повторил Шелби.