Я пошевелил рукоятками, со второй попытки нашел искомый стог и навел на цель алую точку в центре прицела.
– Вижу.
– Стреляйте!
Не к месту вспомнив полковника Морана, лучшего стрелка из всех, известных мне, и негодяя, каких мало, я задержал дыхание и нажал левую кнопку. Раздалось свистящее шипение, приглушенное стенами рубки, в воздухе еле заметно сверкнул тепловой луч, и стог превратился в полыхающий костер. Увы, я не сообразил сразу отпустить кнопку. Рука моя дрогнула, прицел сместился – и огненная полоса метнулась по полю. Загорелась трава, вспыхнула опушка дубовой рощи, наземь посыпались обугленные ветви, а к небу взметнулись клубы грязно-белого дыма.
Опомнившись, я убрал палец с кнопки.
– Ну и натворили вы дел, Ватсон! – Холмс едва сдерживал смех. – Пора уносить отсюда ноги, все три. А то как бы артиллеристы не открыли по нам огонь, приняв за марсиан. Замечу, что мы неплохо справляемся в шесть щупальцев. А если прибавить нижние конечности, как это делают органи́сты…
И он обвел рубку взглядом, ища педали.
Из записок доктора Ватсона
(продолжение)
– И все же, Холмс, – сказал я. – Вам не кажется, что вы отклонились от задачи, поставленной Майкрофтом?
Мы возвращались. Треножник шел ходко, но без лишней спешки. После стрельб мы прогулялись к отмелям, испытали машину на илистой топи и остались довольны. К этому моменту Холмс и мисс Пфайфер в достаточной мере освоили марсианское искусство вождения, чтобы мы могли разговаривать, не рискуя в любой момент прикусить язык.
– Нет, не кажется, – откликнулся Холмс.
Ответ прозвучал бы грубовато, не смягчи мой друг резкость слов добродушной интонацией.
– Возражаю, ваша честь, – улыбнулся я. – Майкрофт рекомендовал вам оттачивать лезвие дедуктивного метода на малютке Дженни и загадочной странице «с домиками и стрелочками». А чем заняты вы? Не думаю, что Майкрофт поощрил бы ваш интерес к технике марсиан, знай он, что вы занимаетесь этим в ущерб основному делу.
– В ущерб?
Холмс некоторое время молчал. Зная характер моего друга, умолк и я. Но что самое удивительное, мисс Пфайфер также онемела, демонстрируя удивительную для женщины чуткость.
– Если судить формально, – наконец произнес Холмс, – то вы, дорогой Ватсон, абсолютно правы. Я должен искать пропавшую страницу, а не хвататься за рычаги боевых машин. Вся логика мира горой стоит за вас, Ватсон. Гордитесь! И вот я, Шерлок Холмс, в одиночку встаю против вас и логики. Не парадокс ли?
– В одиночку? – горячо вмешалась Адель. – Ну уж нет!
Холмс поклонился с характерной для него сдержанностью: