- Синхроуровень снова повысился на 5 и составляет 99,8 процентов.
- До остановки - 17 секунд.
- Пульс и дыхание - без изменений.
Акаги лихорадочно соображала:
- Пульс... дыхание...Да он же спит! Это стадия глубокого сна. Невероятно!
- Ева у цели. Фиксирую взрыв!
Майю сбросило на пол. Бетонная крошка посыпалась на панели компьютеров. Мисато, не сводя глаз с опустевших экранов, стояла, сжимая кулаки.
- Есть изображение. Цель уничтожена. Ева-00 - нет визуального подтверждения.
- Продолжайте.
Мисато, резко развернувшись, ушла с пульта управления.
Я - Ангел. И мне снится сон. Что невидимые крылья несут мое тело в солнечно-оранжевых доспехах к врагу. Смертоносный "меч" зажат в руке.
Могучее, невероятно послушное и сильное тело буквально взлетает над руинами, невероятным чутьём ускользая от смертоносного луча.
Вот и предел. Прыжок и замах стальной руки. Мы ударили друг друга одновременно. Невероятно яркий луч ударил из ядра, проломленного бомбой, прямо мне в грудь, отбросив вниз.
Ослепительный свет заполнил всего меня.
"Прощай, Оракул..."
Гендо осматривал панораму разрушений. Она ярко отражалась в его очках. Кровь Ангела реками бежала по улицам города-крепости, собираясь в огромный провал, пробитый звездной плазмой в стали и бетоне. Где-то там, в море крови поверженного врага, скрыт победитель.
- Радар обнаружил евангелион 00. Он в самом центре кратера. Сигналов нет. Излучения тоже нет. Все датчики - ноль.
- Кран прибудет на место через 40 минут. Операция поднятия начнётся в 14.00
Фуюцки склонился к Гендо и тихо шепнул на ухо:
- Думаеш, жив?
Гендо скривился, как от зубной боли:
- А ты надеешся на нечто другое?
Удар...
"Шелест листвы. Акация или огромный тополь. Ива, с ветвями склонёнными к воде. Колечки на воде, как от пущеного плоского камешка. Деревья, пляж. Где я это видел?"
Удар...
"Она улыбается. Длинные черные волосы. Её лицо. И холодное, снежное имя. Я не помню, какого цвета её глаза. Какие у нее глаза?"
Удар...
"Десять лет моего одиночества. Зачем я жил эти десять лет? Зачем?"
Удар...
"Зачем рисковал жизнью ради этих людей? Почему я не ушёл? Ради чего это всё?"
Удар...
"Но теперь это все в прошлом. Ты достойно уходиш. Разве это плохо?"
Тишина...
- Аянами? Д-доброе утро. Как он?
- Спит.
Икари все же вошёл в палату. Аянами сидела на складном стуле рядом с его кроватью. На противоположной койке лежала укутавшись простыней Мисато.
Михаил лежал, похожий на африканского вождя. Все тело было покрыто тонкими линиями, словно татуировками. Доктор Акаги первой разглядела сходство с броневыми пластинами Евы-00. Но эти "татуировки" были кожей, глубоко сгоревшей и кристаллизовавшейся до состояния монолитного углерода.