Сообщники Вуазен утверждали, что она много раз приходила к колдунье за зельем.
На допросе молодая женщина категорически отвергла все обвинения. «Мадемуазель дез Ойе, – писал Лувуа, обращаясь к Ла Рейни, – с невероятной твердостью заявляет, что не знает никого из тех, кто назвал ее, и, чтобы уверить меня в своей невинности, требует очной ставки с теми, кто дал против нее показания. Она клянется своей жизнью, что ни один из них не угадает, кто она».
Очные ставки состоялись в Венсенском замке, и все обвиняемые подтвердили свои показания в присутствии мадемуазель дез Ойе.
На сей раз король был не просто сражен – он был убит. Преступницей, заслуживающей казни на костре, оказалась не только мадам де Монтеспан, но и мадемуазель дез Ойе – женщина, подарившая ему дочь.
Две отравительницы среди любовниц – это было уж слишком. Призвав к себе Ла Рейни, король приказал сделать так, чтобы уличающие показания не попали в руки судей.
Между тем признания Франсуазы Филастр имели чрезвычайно важное значение для процесса отравителей. Ла Рейни понимал это. На какое-то мгновение он заколебался, но затем ему пришла в голову мысль, как избежать непоправимого ущерба для своего короля и одновременно расчистить дорогу правосудию.
Через несколько дней Государственный совет издал по его просьбе указ, которым предписывалось представить суду протокол допроса Франсуазы Филастр, за исключением некоторых отрывков, «поскольку Его величество, исходя из высших соображений, касающихся блага государства, не желает, чтобы рассмотрению палаты подлежали некоторые факты, не имеющие прямого отношения к процессу, производимому названной палатой».
Успокоившись на сей счет, Людовик XIV приказал возобновить заседания Огненной палаты, которая приговорила нескольких человек – среди них и Филастр – к сожжению на костре. Однако перед судом не предстали обвиняемые, которые дали показания против мадам де Монтеспан. Они были отправлены в различные крепости, расположенные в Юра или Франш Конте, где им и суждено было окончить свои дни.
Лувуа счел нелишним принять дополнительные меры предосторожности:
«Все это люди весьма предприимчивые, – извещал он коменданта Шовлена, – и содержать их нужно в чрезвычайной строгости. Особое внимание следует обратить, чтобы никто не слышал тех глупостей, которые они могут выкрикивать, поскольку им часто случалось говорить о мадам де Монтеспан разные вещи, не имеющие под собой никаких оснований».
21 июля 1682 года Огненная палата была объявлена распущенной. Она послала на костер тридцать шесть человек. Но одна из главнейших преступниц оставалась на свободе.