— Так наверняка не ты один это решение принимаешь.
— Ах вот как! Ну, тогда не волнуйся. Уже забито! Можешь быть спокоен.
— Благодарю! — всё так же ослепительно улыбаясь, сказал Раман и поклонился. Он, было, подумал, что на этом разговор закончится. Но как бы не так! Шефа сильно заинтересовала эта ветвь разговора с оборотнем. Он, как оказалось, и не думал прерываться на частностях.
— И что она ещё про нас наговорила? — спросил он.
— Ну, что все русские рабы, что культура у русских калечная, я же ей возразил тем, что они не только выжили в постапокалипсисе, но и вырвались к звёздам.
— А она на это что?
— Она сказала, что далеко, мол, не убежите, потому, что у вас нет понятий свободы. И что-то типа этого.
Раман слегка прервался, чтобы дать пояснения.
— Пойми, я не помню точно то, что она сказала, так как на её речь постоянно накладывались те смыслы, что я у неё «читал».
— То есть «отсутствие у нас понятий Свободы» — это у неё прошло как нижний смысл сказанного? — попробовал уточнить Василий Иванович.
— Как бы не верхний.
— Наш разговор плавно перешёл в философскую плоскость… — Заметил Василий Иванович и потянулся.
— Впрочем, это хорошо, — заключил он и посмотрел на Рамана.
— Так в чём же тут смысл всей той бредятины, что я прочитал у неё?
На этот вопрос Василий Иванович ответил через кучу околичностей.
— Если бы мы тогда, в Катастрофу, не сохранили свою «рабскую» психологию, свою «калечную» культуру, которая диктует не подчиняться никому кроме своих и самих себя, которая сплачивает людей в единое целое, мы бы ни за что не уцелели в Постапокалипсисе. Тогда и более многочисленные народы, находящиеся в лучших климатических и вообще условиях — вымерли.
— Ты хочешь сказать, что она права?
— Она права в том, что у нас нет англосаксонских понятий о Свободе. У нас она просто ДРУГАЯ.
— И какая?
Василий Иванович склонил голову на бок и скептически посмотрел на Рамана.
— Ответь мне на вопрос: Ты, конкретно ТЫ, считаешь себя свободным?
Раман серьёзно прислушался к себе и сказал твёрдо.
— Да, считаю.
— А вот они, — наглосаксы, — не считают!
— И в чём смысл?
— В том, что мы сами себе смысл! А наглосаксы — да пошли они со своими рацеями, — сказал весело Василий Иванович и присовокупил такую конструкцию, по которой «наглосаксы» получали направление ну очень далеко.
Раман покатился со смеху.
Пока он смеялся, Василий Иванович напротив стал серьёзен.
— Я вот начинаю думать, а не зря ли мы её так сразу — просто грохнули? — С сомнением, как бы в пространство спросил он.
— Нет. Все её тайны я знаю. И ты тоже знаешь. А что не успели вытянуть сразу — реконструировали только что.