Все прибывшие не разошлись по своим делам. Никто не пошел причесываться, переодеваться, как это принято у людей. Вместо этого все направились в центральную хижину, переговариваясь по пути.
На улице быстро темнело. Чем ближе к экватору, тем быстрее ночь сменяет вечер. Для северянки этот эффект был особенно заметен. Ночь буквально обрушилась на меня. Я еще немного задержалась снаружи, под звездным небом. Такое ясное и прозрачное, что, казалось, я смогу увидеть всю Вселенную насквозь. Над океаном местами вспыхивали какие-то светящиеся точки. Иногда в небе чиркали падающие метеоры. Морской бриз приятно овевал. Интересно, что за будущее ждет меня? Кто эти друзья Олега? Кем бы они ни были, я не испытывала страха, а значит, все в порядке. Олегу я доверяла с самой первой встречи. Просто верила и все.
Из хижины показалась Мария. Я замечталась под ночным небом, и потеряла счет времени.
– Мы ждем. Без тебя не начнем.
Я с радостью последовала за новой подругой. Мне хотелось узнать всех поближе, ведь я никого толком и не разглядела.
Когда зашла, все уже сидели за столом, который мы недавно сервировали.
Как это у них получается? Снаружи хижина выглядит совсем небольшой, а заходишь, и словно попадаешь в просторный зал. Что это? Игра с пространственными координатами? Магия? Черная или белая? Я уверена, что белая, иначе, почему мне так спокойно.
Четырнадцать человек вместе с Марией и мамой удобно расположились в плетеных креслах вокруг стола. Шла непринужденная беседа, но без обсуждения каких-то конкретных тем. Все просто отдыхали. Группа удивительных незнакомцев и незнакомок.
Мама увлеченно беседовала о чем-то на английском с мускулистым бородатым великаном с добродушной улыбкой. Он напоминал сенбернара, большого и беззлобного. Внешне – колоритный облик непобедимого викинга. Мама рядом с ним смотрелась как крохотная птичка.
Едва я вошла, ощутила волны радости и любви. Несмотря на срезанные плотным телом экстрасенсорные способности, я не почувствовала фальши. Ауры у всех напоминали горный хрусталь.
Мария пододвинула мне кресло.
Сев в него и налив стакан красного сока с неизвестным вкусом, я принялась дальше исследовать лица моих новых знакомых. При более близком рассмотрении, я убедилась, что большинство из них красивы. У двоих, девушки и мужчины, я не нашла классической правильности черт. Но общая харизматичность их облика делала небольшую неправильность лиц скорее изюминкой, чем недостатком. Что роднило всех, так это внутренний свет, исходивший откуда-то из глубин, и делавший неотразимо прекрасными.