Это лишало ее индивидуальности. Габи показалось, что это способ не признавать ее как личность. Так похоже на парней, которые развили в себе привычку называть женщину «крошка», чтобы в порыве страсти не забыться и не назвать очередную подружку Шерил, когда на самом деле она Дебра, или… неважно, как там ее зовут.
Кроме того, он не испытывал те же эмоции, что и она. Она была в таком восторге от него, что как-то даже и не задумывалась раньше, что он на самом деле не был охвачен страстью. Он мог заставить ее кончить так, что у нее сводило судорогой не только тело, но и мозг, но ему, похоже, было все равно. Он ведь не кончал вместе с ней.
Потому что не мог. Может, он и был настоящим, но он был ничем в физическом мире. Все, что он делал с ней, происходило у нее в голове. Он заставил ее тело ощущать его прикосновения. Он заставил ее поверить, что она чувствовала его тепло, вкус его кожи, вдыхала его запах.
Или он был просто сторонним наблюдателем? Сидел себе спокойно и наблюдал, как у нее перехватывало дыхание, как она стонала и корчилась в конвульсиях удовольствия, настолько сильных, что и помыслить не могла, что так бывает?
Однако прежде чем успела разозлиться и посыпать голову пеплом, Габи вспомнила, как Анка был зол, когда покинул ее. Она почувствовала себя виноватой, что не смогла как следует удовлетворить своего любовника.
Поскольку, так оно и было.
Однако если хорошо подумать, это не ее вина. Ведь это он не имел физической формы. Он мог наслаждаться их близостью только мысленно. Возможно даже воспринимал те ощущения что переживала она и передавал ее разум, но у него не было тела и нервных окончаний, которые смогли бы сделать фантазии реальностью.
Именно поэтому продолжал «одалживать» тела у других мужчин! А совсем не потому, что хотел, чтобы она забеременела. Ему просто было необходимо тело, чтобы испытывать такую же страсть, что испытывала она.
Она покрутила эту мысль в голове и так и эдак, и решила, что та не лишена смысла.
Ну… может, она немного и ошибалась. Она просто попыталась оправдать его поступки, но, черт побери, она не могла, в отличие от него, забраться тайком к нему в голову и посмотреть что там творится!
Но легче не стало. Она все еще чувствовала себя использованной, оскорбленной и полностью несостоявшейся как женщина.
И все же, заимствовать тело другого человека для собственного удовольствия было просто немыслимо. Она понимала, для чего он это делал. Могла даже понять, как ей казалось, почему он не видел в этом ничего плохого. Но, в любом случае, он был неправ.