В итоге сошлись кроме сундуков золота и серебра, передать будущей чете доход от городов Белгород и Вышгород, с правом назначения наместников. Из обрывков разговоров Луций понял, что дарственные грамоты на города и сундуки доставят к расположению посольства. На том сваты покинули терем. Посол вздохнул спокойно, но расслабляться было рано.
Спустя час он ожидал аудиенции у князя. В дипломатичной форме Луций высказал все почтение местных традициям, однако указал на то, что для свадебных событий брачный договор неизбежная формальность. Жаркий спор продолжался до вечера. Особую дискуссию и негодование князя вызвали пункты о количестве наследников, регламентация встреч мужа и жены, условия выбора второй жены и причины для развода.
Для полян многоженство не нарушение законов или обычаев, скорее наоборот, да и к таинству браков нет особого почтения, это скорее формальность. Тут возмущение Владимира было скорее отцовским, чем политическим. Для него было неприятно осознавать, что его единственной дочкой могут пренебречь и сослать в какой-то город подальше от столицы, хотя и со щедрым содержанием.
После жарких переговоров охрипшие дипломаты согласовали все ключевые моменты и в присутствии Василия и Велиславы торжественно подписали брачный договор. Князю все-таки удалось выбить некоторые уступки, чему он был несказанно рад. Начиная дипломатический торг, он не рассчитывал даже на то. Луций тоже остался доволен заключенными соглашениями. Основные положения остались неизменными, а некоторые отступления не имели существенного значения и потому посол согласился на их изменение, позволив коллеге сохранить лицо.
С чувством выполненного долга политики отправились голод. Жених и невеста не скрывали радости от предстоящей свадьбы и не замечали никого кроме друг друга. Луций меланхолично отметил очередную странность: его подопечный даже не поинтересовался содержимым заключенного договора. Спасаясь от невеселых размышлений Луций предпочел залить терзавшие его тревоги боспорским вином.
К концу суматошного сватовского дня Луций валился с ног и больше всего мечтал хорошенько выспаться. Оказавшись в постели, посол, несмотря на всю усталость, не мог уснуть. На душе было неспокойно. Его терзали скорые торжества я и отсутствие каких либо указаний начальства. Засыпая после долгих попыток Луций отстраненно подумал, не происходит ли на его глазах катастрофа?
Нет, префекта не на шутку взволновали вести посла. И почти сразу шестеренки префектуры закрутились. Все агенты в Херсонесе и Ольгвии не покладая рук выясняли, подкупали, льстили и угрожали. Банда Соловья в вольном городе была на птичьи правах, а хозяевам не с руки было портить отношения с префектом. Через четыре дня префект более или менее представлял себе произошедшее. Не совсем было ясно, как они добрались до места раньше Луция и как пересекли скифские земли, но это частности. Важно, что Цезарь с загадочным спутником находится в Кийове. Взвесил за и против он предпочел пока не вмешиваться. Ситуация сложилась достаточно нестандартная и Амвросию было интересно как юноша будет выбираться из нее.