Борзов, чертыхаясь в душе, все же поспешил побыстрее одеться и отправиться на зов патрона.
Липатов отлично выспался и пребывал в прекрасном расположении духа.
— Петр, хватит прохлаждаться! Отправляйся за Тамарой да проведи с ней работу насчет Валеры. Поговори о свадьбе. И вообще подтяни ее — до меня доходят сигналы, что модничает она, ослабила борьбу с безобразиями в общественном питании.
Борзов молча поклонился и отправился домой.
Когда он вошел в квартиру, супруга вместе с дочерью наряжалась, стоя перед зеркалом.
— Куда это вы, красавицы, намылились? — ехидно спросил Борзов.
— На концерт, дорогой! — совершенно спокойно ответила жена.
Дочь лишь хмуро взглянула на отца, но ответом не удостоила.
— Придется мне с Риткой сходить на твой концерт! — усмехнулся Борзов.
— Случилось что… с головкой? — подозрительно спросила Борзова. — Ты же заснешь через минуту, а Ритке опять краснеть.
— Постараюсь не заснуть! — улыбнулся Борзов. — Я хорошо выспался после обеда.
Тамара Романовна нахмурилась.
— А ну выкладывай!
— Патрон зовет! Прочищать… мозги будет! Мы с ним Ритку пропили. Ясно? Готовь свадьбу!
Тамара Романовна так и застыла с удивленным лицом, а Рита от неожиданности выронила расческу.
— С ума сойти! — воскликнула она радостно. — Без меня меня женили! А он кто? Надеюсь, дипломат?
Но мать мигом уяснила себе, откуда ветер дует, и сказала чуть раздраженно:
— Сдался тебе, Риточка, дипломат! Они через одного импотенты, а в любую заграницу ты сможешь и так поехать, за деньги. И надо, чтоб не ты его, а он тебя любил.
— Хочу дипломата! — заершилась Рита. — Это считается шиком: выйти замуж за дипломата. И почему это они импотенты?
— Работа нервная! — пояснила мать. — Все время в напряге, это какую же память надо иметь, чтобы врать и помнить, что ты соврал в прошлый раз. И зашибают они крепко, а для разных виски и джинов наши русские желудки не приспособлены.
— Врут они не больше, чем партийные работники, — с презрением проговорила дочь. — И к тому же, — более игриво заметила Рита, — меня уже любит один — Валера, вот его я и возьму в любовники.
— Ты возьмешь его в мужья! — твердо сказал Борзов. Наступившая тишина длилась так долго, что Борзов засмеялся и сказал: — Милиционер родился!
— Это твоя идея? — с гневом обрушилась на супруга Тамара Романовна.
— Я в ваши бабьи дела не встреваю! — отрезал Борзов.
— Значит, Липатова? — поинтересовалась Борзова.
— Вот пусть ваш Липатов и женится на Валере, а я его возьму в любовники! — со слезами в голосе завопила вдруг Рита.
— У нас однополые браки запрещены! — пошутил Борзов.