Марианна долго рассматривала этот поистине царский подарок. Потом, желая немного отвлечься, она вызвала музыкантов.
– Милая моя, – Марфа дотронулась до плеча Марианны ладонью.
Такие знаки внимания со стороны вдовствующей царицы уже стали привычными для Марианны, и к ее собственному удивлению, совсем не раздражали ее. Хотя она с детства терпеть не могла прикосновения чужих рук.
– Да, Ваше Величество, – Марианна привстала.
Она посмотрела на суровое лицо Марфы.
– Мой сын сильно привязан к тебе и хочет, чтобы ты чувствовала себя в Московии, как дома. И я тоже этого желаю. Но, думаю, ему не следует пренебрегать обычаями русской земли.
Марианна вопросительно посмотрела на Марфу.
– Я что-то сделала не так? – спросила она.
– Ты – ничего. Он. Он поступил опрометчиво. Эти гусляры… – она посмотрела на музыкантов, игравших в комнате царицы. – Народ ропщет. Музыканты не играют в наших монастырях. Мой сын хотел порадовать тебя, а люд не доволен тобой.
Марианна сделала знак музыкантам остановиться.
– Мне отослать их? – спросила она.
– Да.
Марианна не стала спорить и последовала совету своей свекрови.
– Марина, – продолжила Марфа, когда музыканты ушли.
– Да, Ваше Величество.
Марфа, отвыкшая за долгие годы монашества от такого обращения, слегка опешила.
– Знаешь, – наконец сказала она, – раз Господь так решил, то Величеством в России теперь являешься ты. И я хочу тебя предупредить.
Марианна с интересом взглянула на Марфу.
– Вам с Дмитрием грозит смертельная опасность, – сказала Марфа. – Он совершил страшную ошибку, простив Шуйских. Не послушал меня. Я-то знаю, чего они стоят. Обещай мне сразу после коронования, буквально в первый день! Обещай!
– Что?! – Марианна испуганно смотрела на изменившееся до неузнаваемости терпеливое монашеское лицо Марфы.
– Расправься с ними! Они подбивают народ против тебя и готовы пойти на самые подлые уловки. Дмитрий не сделает этого, так сделай ты! Только сделай! Иначе ошибка моего сына станет роковой для вас обоих.
Марианна задумалась. Теперь ей стало понятно, почему Москва показалась ей чужим городом.
Поначалу она думала, что несмотря на все свои знания, все-таки еще недостаточно хорошо знакома с характером москвичей. Но после слов Марфы стало понятным, откуда у местных людей в глазах, вместе с радостью светилась злоба.
– Это заговор?
– Да, – ответила Марфа.
Марианна написала письмо Дмитрию, которое на следующий же день Мнишек, которого она ввела в курс дел, передал Дмитрию.
А в следующие дни Марианне же было совсем не до политики – она полностью была погружена в подготовку к венчанию.