Барни шагнул к Джоан и, заметив страх в ее глазах, улыбнулся:
— Не беспокойся, я не такой дурак, чтобы свернуть шею курице, несущей золотые яйца. Возвращаясь к своему рассказу, должен признать, что наконец судьба мне улыбнулась. В одной из газет я прочел, что ты получила престижную литературную премию. Все, что мне потребовалось, — это навести кое-какие справки, приехать сюда, зайти в местный паб и задать несколько вопросов.
Да, местным завсегдатаям паба только дай повод поболтать, с тоской подумала Джоан.
— Это ты позвонил и представился журналистом?
Барни слегка улыбнулся, и Джоан заметила, что в нем еще сохранились остатки былого обаяния, которое некогда вскружило ей голову.
Подруги умирали от зависти, видя, как он красиво и умело ухаживает за ней. Если бы они знали, каким он окажется негодяем! Если бы она сама не была в то время легкомысленной дурочкой, не умеющей разбираться в людях и не видящей истинной сущности под блестящей оболочкой!
— Твоя свекровь очень разговорчивая женщина. Я даже узнал у нее твой адрес в Португалии, — похвастался Барни. — Конечно, ты с удовольствием отправишься туда, чтобы нежиться у моря и пить сангрию, но не раньше, чем я получу от тебя десять тысяч фунтов. Выпишешь чек и отдашь мне его завтра — в это же время и на этом же месте.
Джоан в ужасе уставилась на него. Господи, как же избавиться от этого кошмара? Вызвать полицию? Если она добьется официального предписания, чтобы Барни оставил ее в покое, будет ли оно действительно в Португалии, или ей придется обращаться с таким же заявлением к местным властям?
Эрвин! — в отчаянии подумала Джоан. Ах, если бы он был здесь! Он бы знал, что делать.
Она машинально повернулась и сделала шаг по направлению к дому. Барни, должно быть, совсем рехнулся, если считает, что она по первому требованию принесет ему деньги, а потом сядет и будет ждать, когда он придет и попросит еще.
Если бы он раскаялся в своих преступлениях, если бы сказал, что хочет начать новую жизнь, она с радостью дала бы ему денег, чтобы помочь встать на ноги и найти себе достойное занятие. Но вместо этого он явился к ней с наглыми требованиями и угрозами. Барни Бленнер никогда не изменится!
— Куда это ты? — Рука Барни грубо схватила ее за запястье. Сейчас в его голосе слышалась неприкрытая ярость, и Джоан застыла на месте, боясь вздохнуть. Она с трудом выносила прикосновение его руки и с удовольствием стряхнула бы ее, но не осмелилась, не желая вызвать очередной приступ злобы.
— Вот так-то лучше, — уже спокойнее сказал он и продолжил почти вкрадчивым тоном, от которого вдоль позвоночника Джоан пробежала дрожь: — Я ведь могу получить эти деньги и другим путем, детка. Ты вращаешься в таких кругах, что многие журналы охотно заплатят кучу денег за скелет в твоем шкафу. Ведь ты была замужем за преступником, и благодаря его темным махинациям пользовалась всеми жизненными благами. Кто из твоих читателей поверит, что ты не была с ним заодно? Или, по крайней мере, узнав о первоначальном источнике твоих доходов, не осудит тебя?