Кэрри посмотрела на спящего в креслице сына и покачала головой.
— Нет, спасибо. Надо везти кроху домой. Скоро его надо кормить.
— Ну ладно. Спасибо за компанию. — Клеменси взяла пакеты с покупками и вышла из машины.
— Не забудь, что завтра после полудня у нас барбекю. Подъезжайте к половине первого.
— Тогда до скорого.
Клеменси послала подруге воздушный поцелуй, и Кэрри включила зажигание…
Как только Клеменси открыла входную дверь, до нее тотчас донесся голос Беатрис. Едва она успела поставить пакеты с покупками на столик в прихожей, как увидела выходящих из гостиной Ленарда и Беатрис.
— Клеменси! Какой приятный сюрприз. Я так рада, что застала тебя перед отъездом.
Голос, фразы, жесты — все в этой женщине было настолько невыносимо приторным, слащавым и фальшивым, что у Клеменси вдруг появилось безумное желание распахнуть дверь и вышвырнуть гостью вон.
Но вместо этого она усилием воли заставила себя смириться и ничем не выдала чувств, которые вызвало в ней появление Беатрис.
— Чем обязаны твоему визиту? — любезно поинтересовалась Клеменси.
— Просто хотела попрощаться. Завтра я уезжаю в Сан-Франциско. Мы с Джимом договорились о полюбовном разрешении споров, связанных с нашей собственностью, но остается еще много вопросов.
Неожиданно Клеменси заметила, что веки Беатрис слегка припухли, словно она только что плакала. Ей вдруг стало искренне жаль ее.
— Ленард сообщил мне, что в вашем семействе ожидается прибавление, — сказала Беатрис. — Надеюсь, скоро вас можно будет поздравить?
— Да. — Интересно, подумала Клеменси, сказал ли ей Ленард, что ребенок — это прежде всего плод ошибки, из-за которой он решил остаться со мной? С трудом взяв себя в руки, она закончила ответ на оптимистической ноте: — Мы оба рады такому событию.
Ее глаза сияли, когда она взглянула на Ленарда. На какое-то мгновение обычно добродушное выражение его темно-карих глаз сделалось настолько меланхоличным, что сердце Клеменси сжалось от боли.
— Разумеется. А как же иначе? — Теперь в голосе Беатрис вместо слащавых трелей проскальзывали явно насмешливые, язвительные нотки. Она взглянула на часы. — Ну, мне пора. — Она поцеловала Ленарда в щеку и, сделав шаг к двери, произнесла полушепотом: — Береги себя.
— Ты тоже, — ответил Ленард.
Резкий телефонный звонок разорвал напряженную тишину, неожиданно воцарившуюся в прихожей.
— Я возьму трубку, — вызвался Ленард и, помахав рукой гостье, быстро исчез в своем кабинете.
Беатрис направилась к выходу.
— Ты едешь прямиком в Сан-Франциско? — спросила Клеменси, провожая ее до двери.