Двинулись дальше – медленно и осторожно. Теперь тропа спускалась в неглубокую расщелину и подходила к следующему перевалу, ведущему к маленькому горному озеру, обрамленному густым лесным массивом. Дорога петляла среди плотно переплетенных древесных корней. Обходить мины на таком ландшафте довольно трудно, а обнаруживать смертоносные подарочки еще сложнее. Тем более в темноте. Хорошо, что капитан здесь днем уже прошел, мины выявил.
В очередной раз спецназовец остановился возле одной из сосен и заявил:
– А вот тут лафа закончилась, начинаются проблемы… Как, Сотник, думаешь, пройдем?
– Пока не знаю. Глянуть надо. Мне бинокль нужен.
– Есть такой. Ночной. Так что ПНВ пока сними.
Альпийский лес почти закончился. Перед нами лежал очередной перевал. Тропа сначала шла полого вдоль склона, а потом уходила вверх, исчезая среди деревьев.
Я взял бинокль и принялся осматривать местность, подмечая веточки-ямки-камешки и прочие объекты, годные служить укрытиями для взрывоопасных сюрпризов.
– Слышь, капитан, а с чего ты взял, что тут заминировано? – Мне стало интересно проверить его.
Он принял игру.
– Да вон на дереве кулек висит. Явно с тротилом.
Метрах в двадцати от нас на сосне и впрямь красовалась нетипичная «шишка». Висела нагло, вызывающе, нарочно привлекая к себе внимание. Не заметил бы ее только слепой.
– Чего ж не обошел, как остальные мины? – продолжал допытываться я.
– Жить еще охота, – коротко и в то же время исчерпывающе ответил капитан.
Я хмыкнул. А он ничего, не лох. Простое, на первый взгляд, взрывное устройство таило сюрпризы…
Такова излюбленная фишка боевиков – ставить один заряд на виду для отвлечения внимания, чтобы глупый, неопытный солдат попытался его обойти и подорвался на втором, тщательно спрятанном на подходе к первому.
Особенно этим любили баловаться боевики в Чечне. Они ставили на тропе обычную гранату на растяжке. Наши солдаты обнаруживали ее и пытались обойти, не замечая, что на пути спрятан другой заряд – чаще всего обычная ПМН – противопехотная мина нажимного действия. Кстати, ПМН разминировать запрещается категорически по всем инструкциям. Хотя на практике их обезвреживали. Не я сам, Боже упаси, но умельцев таких знавал…
Вообще, саперное дело – это скорее искусство, чем наука. Талантливые взрывники обожают импровизировать, придумывая собственные взрывные устройства, которые разминировать себе дороже, даже если там не стоит так называемый элемент неизвлекаемости и необезвреживаемости. Их проще подорвать издалека с безопасного расстояния и не париться. Как правило, так и поступают, особенно в полевых условиях. Это только в кино, чтобы обезвредить бомбу, герои перерезают всякие разноцветные проводки. В реальности ее чаще всего тралят – подрывают из укрытия тралом или с помощью маломощного заряда.