— Не обязательно прямо сейчас, — веско ответила она. — Я пробуду здесь еще неделю.
С этими словами Клэр вышла из комнаты. Чертыхаясь, Тони поднял трубку. Она права — у него еще целая неделя.
Клэр опасалась, что слетит с лестницы, — так подгибались колени. Кое-как она добрела до своей комнаты. Прикрыв за собой дверь, бессильно прислонилась к ней и закрыла глаза.
Она знала, что это случится, знала, что Нэнси Мидлтон возвращалась, что, как сказал Тони, она сама пробыла здесь дольше, чем собиралась. Но вот это случилось, и нечем было заглушить боль.
«Я беременна». Произнеси она эти два слова — и вопрос об ее отъезде не вставал бы. Тони выполнил бы свой долг, как и его приятель Ричард. Он предложил бы ей пожениться, а она не устояла бы перед соблазном.
А потом? А через несколько лет кто-то обсуждал бы их развод так же, как два дня назад обсуждался развод Ричарда и Бекки. И еще один ребенок попал бы в омут бракоразводного процесса, как когда-то она сама.
Конечно, это сравнение неуместно, потому что ее ребенок всегда будет желанным для нее. Но даже при лучших обстоятельствах развод тяжело вынести, особенно малышу. А чувства? Как она будет жить с Тони, зная, что он женился на ней только потому, что она забеременела, а не потому, что любит ее?
Но он может полюбить, мелькнула шальная мысль.
Клэр издала нервный смешок. Сколько же пришлось бы ждать? Многие годы она надеялась, что дедушка и бабушка полюбят ее — надо только быть послушной девочкой, не сердить их. Не помогло. Точно так же не поможет, если она будет хорошей женой Тони.
Она вытащила из шкафа чемодан и, бросив его на кровать, рывком расстегнула молнию.
Нет, она не желает снова попасться в ту же ловушку. Она угождала, переделывала себя в надежде, что ее полюбят, — ничего не вышло, нельзя заставить полюбить себя. Тебя либо любят, либо нет.
Услышав, как хлопнула входная дверь, она выбежала в коридор, скользнула в комнату Тони и поспешила подойти к окну. Уверенной походкой Тони направлялся к конюшне и через несколько минут вывел оттуда оседланного Франта.
Мгновение он помедлил, глядя на дом. Клэр прижалась к стене у окна, хотя вряд ли он мог разглядеть ее с такого расстояния. Тони вскочил в седло, натянул повод, пришпорил коня и выехал с ранчо.
Клэр смотрела ему вслед, пока он не исчез из виду. Слезы застилали ей глаза: она видит его в последний раз. Не в силах выдержать душевной муки, Клэр закрыла глаза.
Останься! — нашептывал ей робкий голосок. За то, чтобы быть с Тони, можно отдать все, что угодно. Все, но не самоуважение!