— Даже для детской? — невинно уточнила Бетти. Оливия почувствовала, что ее решимость ослабевает. Здорово, если у малыша будет чудесная комната.
Как на фотографиях в каталогах. Все новое, чистенькое, красивое.
— Ладно, сдаюсь, — произнесла Оливия. — Но только для детской. В остальных комнатах меня вполне устроит моя старая мебель.
Льюис бросил на нее внимательный взгляд, но настаивать не стал.
— Давайте поднимем бокалы, — провозгласил он, за моего сына или дочку. Пусть он или она будет здоровым и счастливым.
— За нашего сына или дочку, — поправила его Оливия. — Пусть он или она будет любим.
Их взгляды встретились, а Бетти задумчиво улыбнулась. Она подняла свой бокал и чокнулась с Льюисом и Оливией, по-прежнему не отрывавшими взгляда друг от друга.
— За моего внука или внучку, — торжественно произнесла она. — Ему или ей понадобится железная воля и чувство юмора, поскольку жизнь с вами обоими будет похожа на поле битвы и цирковую арену одновременно.
— Ну и как все прошло? — с горящими глазами Лила приступила к расспросам.
— Так себе, — ответила Оливия.
В течение всего ленча Льюис оставался в приветливом, но несколько сардоническом настроении — он всячески демонстрировал покорность и понимание тщетности противостояния двум женщинам. В машине, когда они возвращались в офис, он задумчиво молчал. Оливия не знала, сердится он на нее или на свою мать. Льюис ни разу не высказал вслух своего отношения к подаренной квартире, хотя Оливии показалось, что он не в восторге от поступка матери.
— Ему понравилось, как ты выглядишь? — нетерпеливо выспрашивала Лила, пока Оливия снимала красный топ и туфли.
Оливия секунду поколебалась, а затем честно ответила:
— Мне кажется, он предпочитает мой обычный стиль.
Лила сморщила нос и фыркнула.
— С ним все в порядке? У него в жилах кровь или вода?
— На работе — вода.
— Как жаль.
— Не знаю, Лила. Мне кажется, правы те, кто говорит, что не надо смешивать бизнес и удовольствие. Любовная связь между боссом и секретаршей — это так тривиально и всегда чревато неприятностями.
— Да ладно! Ты рассуждаешь, как старая бабка. Небось, твоя матушка внушила тебе подобную чепуху.
"Только не моя”, — с иронией думала Оливия, идя по коридору в свой офис.
Льюис сидел на ее столе и даже не подумал встать, когда она вошла. Его брови выразительно изогнулись, когда он увидел застегнутую наглухо белую блузку и туфли без каблуков.
— Этот номер не пройдет, Оливия, — протянул он. —Моя оборона уже разрушена.
— В смысле?
— Я по-прежнему вижу тебя в этом облегающем красном топе. Таком же красном, как и твои губы, при одном взгляде на которые рождаются самые греховные мысли.., и желания. Почему-то мне кажется, что ты специально спровоцировала меня, потому что хочешь, чтобы я занялся с тобой любовью прямо на рабочем столе.