— Командующий пишет: «немалые задатки лидера». Этому тебя не мог научить никто.
— Да, но ты-то знала о них еще до моего рождения. No problemo. Это у меня — от природы.
Сара фыркнула.
— Не зазнавайся. Чаще всего мир дает нам пинка под зад именно в тот момент, когда мы принимаем поклоны и поздравления. Послушай, у меня тут дела… — Сара кивнула на заваленный бумагами стол. — У Мелинды — любовь, и она устроила себе перерыв…
Джон рассмеялся:
— Хочешь, чтобы я изловил ее и привел обратно?
— Ммм… Не стоит, мне все равно еще нужно закончить пару дел. Хотя, если ты найдешь, чем заняться до часу дня, я их отменю и оставлю контору на плечи Эрнесто.
— Здорово, — сказал Джон. — Ох, пить-то как хочется… — Он схватил со стола ее стакан с терере. — Это твой, мам? — Прежде, чем она успела остановить его, Джон сделал глоток, и в тот же момент из глаз его брызнули слезы. — Ыаааххх! Что ты туда плеснула, — выдохнул он, отчаянно замахав ладонью перед разинутым ртом, — аккумуляторную кислоту?.
— Вот что получается, когда не спрашиваешь разрешения, — заметила Сара, подходя к столу, закуривая и тут же натыкаясь на неодобрительный взгляд Джона. — Что такое?!
— Я думал, ты бросила курить, — разочарованно протянул он.
«Нет, сегодня — явно не мой день, — подумала Сара. — Каждого встречного мужчину мое поведение разочаровывает или тревожит».
И тут же на сердце стало гораздо светлее: она впервые подумала о сыне, как о мужчине…
— После того, с какими трудами ты бросала прошлым летом, мне даже не верится, что ты снова закурила. — Переминаясь с ноги на ногу, Джон поставил стакан на стол. — Не надо, мам, ты ведь сильнее всего этого.
Сара подняла взгляд к потолку.
— О'кёй, о'кей. — Она потушила сигарету. — Но давай поговорим об этом позже, хорошо?
— Конечно. Пойду, куплю содовой или еще чего-нибудь. Может, и за Мелиндой пригляжу.
Сара рассмеялась:
— Она, наверное, воспользуется тобой, чтобы этот новый парень приревновал. Денег дать?
— Не, у меня есть. — Секунду помешкав, он ткнулся носом в ее щеку. — Вернусь через пару часов.
— Пока!
Провожая сына взглядом, Сара отметила, что походка его стала тверже, взрослее, и вздохнула. «Забавно: он обратил внимание на сигарету, но ни словом не обмолвился о канье и чае. Тем не менее, у меня еще все впереди. Уж будьте уверены!»
Джон шел вдоль пыльной улочки, заложив руки в карманы и прислушиваясь к разговорам на языках гуарани, испанском и полудюжине диалектов немецкого, отвечая кивками на приветственные жесты. Последнее считалось в школе грубейшим нарушением дисциплины, а потому он от всей души пользовался предоставленной возможностью.