Декстер делает вид, что изучает расписание.
— Ты знаешь хоть один памятник критику?
— Нет, но что-то я не припоминаю и памятника телеведущему.
— Иди в жопу, Тоби.
— Ах, грубиян!
— Ты вообще зачем пришел?
— Пожелать удачи.
Перекрестившись, он кладет руки на плечи Декстеру и крепко сжимает ладони. Кругленький и юркий, Тоби играет в его шоу роль шута, для которого нет ничего святого, никаких запретных тем, и Декстер презирает этого дерганого эпизодического человечка, но и завидует ему. В пилотном выпуске и на репетициях он нарезал вокруг Декстера круги, хитро высмеивал и унижал его, заставляя почувствовать себя заторможенным неостроумным болваном, смазливым мальчишкой, не способным быстро соображать. Он стряхивает руки Тоби. Считается, что из подобной игры на контраст и рождается качественное телевидение, но у Декстера в присутствии Тоби начинается паранойя — ему кажется, что над ним издеваются. Чтобы вернуть хорошее настроение, ему нужно еще выпить, но он не может, не может, пока совиная морда Тоби ухмыляется в зеркале.
— Если не возражаешь, я бы хотел собраться с мыслями.
— Понимаю. Сфокусировать мозги.
— Тогда увидимся, ладно?
— Увидимся, красавчик. Удачи. — Тоби закрывает дверь, но тут же снова ее открывает: — Нет, серьезно. Удачи.
Убедившись, что Тоби ушел, Декстер наливает себе выпить и смотрит в зеркало. Ярко-красная футболка, черный пиджак, потертые джинсы, остроносые ботинки, стильная короткая стрижка — само воплощение модного современного парня. Но он почему-то чувствует себя старым и усталым, на душе невыносимая тоска. Он надавливает на веки двумя пальцами, пытаясь установить причину этой парализующей меланхолии, но рационально мыслить получается с трудом. Как будто кто-то отнял у него его голову и встряхнул ее. Слова превращаются в месиво, и он не понимает, как с этим справиться. Не разваливайся, приказывает он себе, только не здесь, не сейчас. Возьми себя в руки.
Но час для прямого эфира — немыслимо долгий срок, и он решает, что ему понадобится помощь. На туалетном столике стоит небольшая бутылочка для воды; он выливает ее содержимое в раковину, смотрит на дверь, снова достает из ящика бутылку водки, наполняет бутылочку для воды на треть, нет, наполовину спиртным и завинчивает крышку. Подносит к свету. Разница незаметна, да он и не собирается пить всё, но, по крайней мере, бутылка будет у него в руке, и это поможет ему пережить сегодняшний вечер. Эта хитрость придает ему уверенности и вызывает приятное волнение — он снова готов показать зрителям, Эмме, своему отцу, на что способен. Он не просто какая-то там говорящая голова. Он ведущий собственной программы!