— Ты молодец, — сказал мистер Ренфроу.
— Это ты молодец, — поправил полковник.
— Мы оба молодцы, — заключил мистер Ренфроу. — А теперь смотри, мир, мы идем!
— Меньше чем через полчаса самолет покинет американское воздушное пространство, и уже ничто не сможет помешать этим ребятам вернуться домой, к свободе. Наши военные ни за что не станут сбивать самолет, а саудовские пилоты не подчинятся приказу развернуться назад. Заложники будут освобождены, братья Каафи окажутся в Йемене и вскоре переправятся в Могадишо, и тогда, пожалуй, я предоставлю своему доброму другу Майку Джефферсону возможность зачистить комплекс, он у нас так любит все эти «бух-бух». Он сможет войти в торговый центр и вступить в перестрелку с боевиками. Тем самым зло будет наказано, мои руки останутся чистыми, и, как ты верно сказал: смотри, мир, мы идем.
— Полковник, тебе пора дать эксклюзивное интервью Эй-би-си. Это единственный общенациональный канал, на котором ты еще не засветился. Да, и «Фокс-ньюс»…
— «Фокс» меня терпеть не может.
— Однако сегодня и он будет пресмыкаться перед полковником Обобой.
— Ну хорошо, давай…
Но словно в кошмарном сне кто-то стоял между ним и дверью, за которой ждала съемочная группа Эй-би-си, с софитами, телекамерами и хлещущей через край любовью.
Это был Уилл Кемп, горячая голова из ФБР.
— Я полагал, его здесь нет, он занят расследованием, — пробормотал полковник вполголоса своему помощнику, однако как только Кемп оказался в зоне слышимости, он натянул на себя свою личину мудрого, хладнокровного политика и сказал: — Уилл, должен сказать, ваши люди необыкновенно быстро и эффективно установили личность Эндрю Никса, и как только все заложники покинут комплекс и мы войдем внутрь, это поможет нам завалить маленького мерзавца.
— Благодарю вас, сэр, — сказал Кемп.
— Я обязательно доложу директору, как хорошо поработали вы и ваша команда, особенно если учесть то, какой груз ответственности на вас давил. Не сомневаюсь, директор останется доволен, и вам это зачтется сполна.
— Да, сэр, — сказал Кемп, — прошу прощения, но я хотел бы обсудить кое-что другое.
— Уилл, я сейчас направляюсь к журналистам. Занятие не из приятных, но, к сожалению, в нашей работе от него никуда не деться.
— Да, сэр, если позволите, я буду краток.
— Конечно, Уилл, выкладывайте, что у вас там. Но, пожалуйста, в двух словах.
— Сэр, я все думаю, разумно ли было отводить спецназ так далеко от комплекса. Меня тревожит, правильно ли мы поступили, предоставив тем, кто находится в торговом центре, такую свободу действий. Я хочу сказать, что, если они начнут расстреливать заложников, нам придется потратить пять или шесть минут, чтобы нанести ответный удар, и за это время они успеют многих убить. Согласно нашим данным, у боевиков по крайней мере десять тысяч патронов и шестнадцать скорострельных автоматов.