— Ты собираешься сделать со мной то, что сделал с остальными, — заявил парень.
— А что я сделал?
— Превратил в инвалидов.
— А что они пытались сделать со мной?
На это парень отвечать не стал. Они находились на двухполосном шоссе, к северу от мотеля, и уже довольно далеко от него отъехали. И продолжали катить вперед по пустынной дороге, залитой светом фар. Ричер сидел вполоборота влево, левая рука лежала на колене, правое запястье опиралось на левое предплечье, «глок» был небрежно зажат в правой руке.
— Отдай мне телефон, Джон, — сказал Ричер.
Он заметил движение в глазах футболиста — тот задумался и прищурился. Хорошее предупреждение. Парень приподнял зад с сиденья, снял одну руку с руля и засунул ее в карман брюк. И вытащил телефон, тонкий и черный, как шоколадная плитка. Он протянул его Ричеру, но в последний момент уронил под пассажирское сиденье.
— Дерьмо, — сказал он. — Извините.
Джек улыбнулся.
— Неплохая попытка, Джон, — сказал он. — Думаешь, я наклонюсь, чтобы его поднять? И ты сможешь треснуть меня по затылку правым кулаком? Знаешь, я не вчера родился.
Парень ничего не ответил.
— Что ж, пусть там и останется. Если телефон зазвонит, мы подождем, когда включится голосовая почта.
— Я должен был попытаться.
— Это извинения? Ты мне обещал.
— Ты собираешься сломать мне ноги и бросить на обочине дороги.
— Немного слишком пессимистично. А зачем мне ломать сразу обе ноги?
— Это не шутка. Те четверо парней, которых ты вырубил, никогда не смогут ходить.
— И больше никогда не будут работать на Дунканов. Но в жизни можно заниматься и другими вещами.
— Например?
— Ты мог бы убирать дерьмо на ферме. Или трудиться изо всех сил в Тихуане. С осликом. В любом случае лучше, чем работать на Дунканов.
Парень молча вел машину дальше.
— Сколько тебе платят Дунканы? — спросил Ричер.
— Больше, чем я мог бы заработать в Кентукки.
— И за что именно ты получаешь деньги?
— Главным образом, за присутствие.
— Кто те итальянцы в куртках?
— Я не знаю.
— Чего они хотят?
— Я не знаю.
— Где они сейчас?
— Я не знаю.
Они находились в синей «Импале» десятью милями севернее «Марриотта» — за рулем Роберто Кассано, Анджело Манчини справа. Кассано приходилось стараться, чтобы не отстать от красного «Форда» парней Сафира, и они вместе едва держались за большим черным «Кадиллаком», где сидели люди Махмени. «Кадиллак» очень спешил и ехал со скоростью, превышающей восемьдесят миль в час. Что сильно выходило за пределы зоны комфорта. Машина подпрыгивала и рыскала из стороны в сторону. Зрелище завораживало. Анджело Манчини смотрел вперед и не мог отвести от «Кадиллака» взгляда.