Ивонна Барбер, проститутка с низким голосом, перебралась с прежней квартиры, но вот куда, похоже, никто не знал. Девушка, с которой она вместе снимала комнату, полагала, что Ивонна уехала в Брайтон, но уже больше недели ничего о ней не слышала. Баролли выругался. Какая досада, особенно если учесть, что она находилась под наблюдением полиции и должна была докладывать о смене своего адреса.
Анна закончила составлять отчет о событиях предыдущего вечера, когда Льюис громко спросил Баролли, удалось ли определить отпечатки пальцев Дэниэлса. Баролли покачал головой.
— Они ждут приезда этой женщины из Ноттингема и хотят повторить фокус с увеличением снимков и разными слоями, — пояснил он.
Анна поглядела на Баролли.
— Что ты сказал?
— О чем?
— Об отпечатках пальцев. А я-то думала, что они совпали.
Баролли снова покачал головой.
— Для меня это новость. Я знаю лишь, что она должна приехать из Ноттингема.
Анна отпечатала отчет, подколола страницы и отправилась в кабинет Лангтона. Постучала и, не дождавшись ответа, сама открыла дверь, громко стукнув ею. Лангтон удивленно посмотрел на нее, когда Анна швырнула отчет ему на стол.
— Вы настоящий сукин сын, вот вы кто! — Она оперлась обеими руками о его стол. Ее лицо покраснело от злобы. — Вы сказали, что отпечатки совпали. А это ложь, проклятая ложь!
— Может быть, у меня были причины.
— Какие же? Запугать меня? Чтобы я теперь боялась дневного света? Не могла оставаться одна в квартире?
— А может быть, я почувствовал, что вам нужен хороший пинок под зад.
— Вы сукин сын. Вы не имели права!
Он отодвинул стул.
— У меня было право вас образумить. Что вы наделали, разве вы не помните? Пустили к себе в квартиру этого мерзавца.
Лангтон ехидно улыбнулся и передразнил ее:
— «Не знаю, виноват он или нет. Но он мне просто нравится».
Анна зашлась от гнева.
— Я этого не говорила.
— Ну а как насчет вашей трагической истории о его нищем, убогом детстве и страшном окружении? Он обхаживает вас, Трэвис. Вы можете стать его следующей жертвой. Вам повезло, что я появился, когда он был у вас. А пришел я только потому, что группа наблюдения и прикрытия его упустила!
— Значит, вы опасались за мою жизнь?
— Вы должны понять, что́ вам тогда грозило.
Она не успела ответить: в дверь постучал и вошел Майк Льюис.
— Шеф, вы можете уделить мне хоть минутку?
Лангтон посмотрел на нее.
— У вас все готово, Трэвис?
Она удалилась, на этот раз осторожно прикрыв дверь. Ее трясло от гнева. Всякий раз, стоило ей подумать, что она хорошо узнала Лангтона, Анна ошибалась. Нет, она его совсем не понимала и нисколько не продвинулась за месяцы в своем понимании, но хорошо изучила одну его черту: если он чем-то серьезно занят, то не допустит возражений, вмешательства и неверных шагов. Ей стало ясно — теперь он отстранит ее от расследования и, возможно, даже погубит ее карьеру.