Йен попытался спустить мокрую ткань ниже. Джулиана с такой скоростью выгнулась ему навстречу, что пошатнулась, теряя равновесие, и Йену пришлось схватить ее, чтобы вместе с ней не упасть с дерева.
Он прижал ее к груди, и ее смех был таким же эротичным, как и ее поцелуи.
Йен почувствовал, как от порыва ветра у него под пальцами кожа Джулианы покрылась пупырышками.
Черт, пора им спускаться с дерева. Он поднял ее, потом обошел ствол с другой стороны, чувствуя, как впивается в пальцы грубая кора дерева, спустился на нижнюю ветку, протянул руки и помог спуститься.
Они сидели не слишком высоко, всего в нескольких футах от земли, поэтому, даже несмотря на дождь, быстро оказались на земле.
Похоже, дождь распугал всех лакеев, патрулировавших замок, и это был еще один полезный момент, поэтому в замок в покои принцессы они вернулись через окно, задвижку которого Йен сломал еще днем.
Он постоял немного в гостиной, после того как поднял туда Джулиану, удерживая руки на ее тонкой талии, но не поцеловал.
– Я хочу, чтобы ты стала моей, – предупредил он ее напоследок.
Джулиана с трудом сглотнула, потому что горло отказывалось разжиматься. Как это возможно чувствовать и восторг и отчаяние одновременно? В одной и той же пульсирующей мышце?
– Я…
– Я знаю, что именно ты должна своей стране и своему будущему мужу, – прикрыл ей рот Йен. – Я не отниму у тебя это. Между прочим, насколько я понимаю, у нас осталось два дня до расставания, и я не собираюсь попусту тратить ни один из этих дней, – с серьезным видом продолжал Йен. – Поэтому, пока ты не скажешь мне «нет» здесь и сейчас, я намерен претендовать на каждое мгновение с тобой. Я хочу быть тем, кто научит тебя страсти. Хочу слышать каждый твой стон и каждый твой вздох. Знаешь, они продлят мне жизнь.
– Йен…
– Мы оба идем на это, зная правила, – с грустными глазами покачал головой Йен. – Зная, что это – все, что когда-либо будет между нами. Ты – принцесса, а я – человек сумрака. Ничего другого между нами никогда не может быть.
Как она могла думать о чем-то, когда вся кровь ее тела пульсировала в голове и ушах? Но Джулиана твердо знала, что если бы даже сохранила способность думать, ее ответ звучал бы точно так же.
– Почему мы теряем время на разговоры?