Блин. Я всё это знала и понимала, но легче не становилось.
— А попрощаться с ним можно?
Спросила просто так, для галочки, ничуть не сомневаясь в положительном ответе. И Эмиль мои догадки подтвердил, вот только…
— Можно, — ответил он. — Но исключительно письмом.
Я распахнула глаза и недоумённо уставилась на декана, а тот добавил:
— Письмо напишешь после того, как пребудем в империю. Канал, по которому его можно переправить Касту, у меня есть.
Моё удивление было сильным, но тихим. Впрочем, когда слова норрийца достигли разума, я вознамерилась возразить. Объяснить, что Каст почти догадался и ни за что не выдаст! Но…
— Даша, я не шучу, — перебил мой порыв Глун. — И это не блажь, а необходимость.
Ещё одна долгая, довольно нервная пауза, и Эмиль продолжил:
— Даша, у нас намечаются проблемы. Я сделал всё, чтобы утихомирить Совет, но моих усилий оказалось недостаточно. Существует вероятность, что в первый день следующей недели в Академию Стихий прибудет ещё одна комиссия. И я очень не хочу, чтобы кто-то случайно дал своей матери повод задуматься о моей личности или твоей судьбе.
— Каст не… — начала, было, я, но стихла под взглядом синих глаз.
— Даша, это риск. Причём неоправданный. Мне нужно закончить дела, и у меня нет возможности присматривать и за тобой, и за твоими питомцами, и за Дорсом с Кастом. Поэтому прощаться с друзьями ты будешь непосредственно из империи. Договорились?
Я глубоко вздохнула и кивнула. Точно знала, что не ослушаюсь этого приказа и, вероятно поэтому, на глаза навернулись такие горькие, но такие нежеланные слёзы.
Полар, блин. Шпионские игры. Совет магов — чтоб ему провалиться! Даже попрощаться по-человечески не дадут.
— Не плачь, — сказал Эмиль мягко. Тут же приблизился, присел на корточки и, завладев моей ладонью, добавил: — Кто знает, как всё сложится? Может быть, однажды ваши дороги снова пересекутся, и тогда ты скажешь всё лично.
Увы, мы оба знали, что это отговорки — уж с кем, а с Кастом я точно не встречусь. И это стало поводом громко хлюпнуть носом, а после и вовсе затребовать у Эмиля платок. Мне было очень больно, и даже тот факт, что переход в империю состоится не завтра, что ещё есть время побыть рядом с новоявленным братом, приглушить эту боль не мог.