— Рада бы — не умею! — весело сказала Ольга.
— Научим! — бодро воскликнул Илья. — Сегодня был первый урок обольщения.
— Разве?
— Но мы же договорились: вам необходим тренинг на тот случай, если встретится человек, которого вы полюбите. И я согласен совершенно бескорыстно с вами этим тренингом заняться!
— Мы об этом не договаривались.
— Значит, договоримся. Помните: контрастный душ. К примеру: любимый человек, которого вы пригласите попить кофе, уже начнет считать двери вашего дома всегда открытыми. Он говорит: ну что, в воскресенье опять кофе попьем? А вы отвечаете: нет, у меня другие планы. Он спрашивает: какие? Вы отвечаете: это неделикатный вопрос, я разве не имею права на личную жизнь? Конечно! — говорит он, опечаленный.
— Очень складно получается.
— Еще бы! Вы должны будете на время отлучить его от дома, чтобы он считал наградой получасовую прогулку где-нибудь в парке. Кстати, хотите прогулку на мотоцикле?
— На мотоцикле? Но он же какой-то одноместный у вас.
— Был. Там легко сделать второе сиденье.
— А почему раньше не сделали?
— Не было необходимости.
— А теперь появилась?
— Просто хочу вас прокатить. Никого не хотел, а вас захотел.
— Почему?
— Не знаю. Вам необходима психотерапия скоростью.
— Знаете, я ведь обижусь, — сказала Ольга. — Вы упорно говорите о тренингах, а теперь вообще о психотерапии, будто я больная какая-то. А я абсолютно здорова!
— Тем более! — сказал Илья. — Не будем откладывать: в любой из ваших двух свободных дней.
— Не знаю… В воскресенье, может быть.
— Хорошо. В девять утра.
— Почему так рано?
— Мотоцикл любит утро. Или ночь. Ему легче дышится в это время.
— Не знаю…
— До послезавтра! — И Илья с шутливой официальностью пожал ей руку.
Рука ее была теплой.
Илья в этот день рано приехал домой. Мать убирала комнаты, он помогал ей, потом взялся готовить ужин: он умел это делать, когда приходила охота. Он вспоминал Ольгу, ее лицо, руки, смех и вдруг подумал, что она слишком чиста и слишком хороша для него. Подумал, что все бывает в жизни: вдруг она в него влюбится? И понял, что не хочет этого, боится, потому что не сумеет вовремя остановить ее и себя и в результате все кончится для нее болью.
Ольга до самого вечера чувствовала тяжесть его руки. Настолько осязаемо и фантомно, что, раздеваясь ко сну, ощутила, что правая рука (которой он касался) с любопытством, будто чужая, прикасается к обнажаемому телу.
Это сумасшествие, сказала она себе. Нужно отказаться от этой дурацкой прогулки в воскресенье. Хорошо, если для него это только эпизод, только мимолетный романчик. Это быстро прояснится, она даст ему от ворот поворот, и все закончится. А если нет? Если он вдруг влюбится или уже влюбился? Она ведь, по доброте своей, не сможет устоять, позволит его чувству разгореться еще больше (понимая, что нельзя этого делать!), и в результате все кончится для него болью…