Агата вздохнула от облегчения, но мужчина вдруг резко метнулся из комнаты и через миг появился с большим кухонным ножом. У Агаты замерло сердце.
– Тогда мы убьём его тихо, – ухмыляясь в полумраке, произнёс он.
Эта сцена напоминала измученной голодной студентке спектакль в театре для малой публики, где действие проходит прямо в зале, где сидят зрители. Вот только это реальность, а она сама – одно из действующих лиц, Причём, сюжет создаётся прямо на глазах, и нужно импровизировать. И чем лучше ты будешь это делать, тем живее останешься.
– Нет! – снова воскликнула Агата.
– А что теперь? – В голосе безумного убийцы чувствовался интерес; но он был не больше, чем у кошки к мышке.
– Просто не убивай, ты же не такой…
Может быть, воззвать к его человечности не самый безнадёжный вариант? Оказалось, сработало, но совсем так, как ей хотелось.
– Ты что, возомнила себя психологом?! – взревел Прокоп и отшвырнул в сторону нож.
Броском пантеры его тело оказалось возле ложа девушки, и мужчина затолкал ей в рот какую-то тряпку. Цепкие пальцы схватили Агату за волосы, и одним резким движением он стянул её с дивана, она закричала от боли. Он тут же ударил кулаком так, что на минуту острая боль в корнях волос заглушилась тупой и мощной, как удар качелями по затылку, под которые она неудачно попала в детстве. В следующее мгновение психованный маньяк уже тащил её за кисти в подвал, Агате оставалось лишь озираться вокруг в надежде, что кто-нибудь её увидит, так как кричать было невозможно.
– Она так и сказала «скрестить за меня пальцы»? – спросила возмущённая до кончиков ушей Катя.
Она сидела в белом «порше», на котором за ней заехал взъерошенный от негодования Павел. На бешеной скорости они мчались по ночному Петрозаводску с Ключевой до центра, где возле нужного дома вскоре должен появиться броневик с отрядом омоновцев.
– На, послушай сама! – Он сунул ей в руки айфон и включил запись с голосового сообщения.
«Я знаю, кто убил Костю. Я знаю, кого мы с тобой ночью задержали, и кто послал тебе фото… – Родной голос в трубке ненадолго прервался, потом Агата снова заговорила, делая ударение на следующей фразе: – Это один и тот же человек, Андрей Прокопьев! Но самое ужасное то, что он всё ещё на свободе! Я с этим не согласна, я поехала по наводке Тагара в то место, где Прокопьев может быть. Как-то всё так сложилось, что с самого начала я каким-то образом оказывалась на пути этого подонка. Может это судьба заставляет меня остановить его, потому что больше некому. В общем, я поехала, а ты, если я имею право просить, скрести за меня пальцы, пожалуйста! И, очень прощу – позвони моей любимой подруге Катюхе, если я разочарую судьбу. Вот её номер…»