Выбравшись на поверхность, Себастьян прислушался. Ни звука… Он уже собирался позвать собаку по имени, когда вдруг застыл с открытым ртом. Прямо перед ним, уперев руки в бока, стоял Сезар.
— Что ты делал у реки, чертенок? Ты же замерзнешь до смерти!
Поскольку мальчик по-прежнему смотрел на него ошарашенно и молчал, Сезар ткнул пальцем в его курточку:
— Твоя одежда, она же мокрая, хоть отжимай!
— Ну, я чуть не упал в реку!
— Чуть не упал?
— Поскользнулся на камне. Там, где брод.
— А почему не пошел через мост?
— Хотел потренироваться прыгать по камням.
— Еще бы! А потом?
— Потом пришел сюда, в хижину, обсохнуть.
— А как ты собирался сушить одежду в хижине? Почему не пошел сразу на пастбище? Ты обещал помочь мне с дойкой, помнишь? Сегодня утром обещал!
— Я знаю, де, но только…
— Только ты мне врешь! Ни по каким камням ты не прыгал, я прав?
— Да! Нет! Ладно, ты прав.
— То-то! В общем, ты идешь со мной!
— Да!
— Что «да!»?
— Раз ты так хочешь.
Эта готовность беспрекословно подчиниться показалась Сезару очень подозрительной. Сомнение омрачило его лицо, как тучи омрачают небо.
— Что ты от меня скрываешь?
— Ничего!
— Раз так, идем и посмотрим!
Старый пастух обошел дом и оказался у двери раньше, чем Себастьян придумал, как его остановить. Что сказать? Что сделать? Закричать, словно его режут? Мальчик вскочил на ноги и побежал к двери, бормоча на ходу, что он все объяснит, что он не сделал ничего дурного… Сезар уже успел войти и стоял теперь посреди комнаты, ожидая объяснений.
В доме оказалось пусто. Ни намека на собаку. Хотя нет, оставался еще едва уловимый запах мокрой шерсти, но он быстро рассеется.
Себастьян осмотрел каждый угол. Наверное, это какое-то колдовство! Белль исчезла, будто провалилась под землю. Он взмолился, чтобы его дед не пошел посмотреть, нет ли кого-нибудь или чего-нибудь в туннеле. Они никогда о нем не говорили, Сезар наведывался сюда очень редко. Это было его, Себастьяна, логово. Никому не нужно здесь бывать, даже Сезару, разве только ему понадобится помощь взрослого. Как сегодня…
— Так что ты мне хотел сказать?
— Я просто очень люблю горы. И когда я совсем один, то могу с ней поговорить.
— С кем, с горой?
— С мамой…
Старик вдруг покраснел до корней волос, и теперь пришла очередь ему лишиться дара речи. Себастьян выпалил эти слова по наитию, но очень быстро понял: на сей раз дед больше не станет задавать никаких вопросов. Мальчик понурил голову. Ему было стыдно за обман, и все же он радовался, что Белль спасена.
— Идем!
Когда они вышли, Сезар прикрыл входную дверь, взял Себастьяна за подбородок и заставил его посмотреть ему в глаза. Интуиция подсказывала старику, что мальчик обвел его вокруг пальца, но у него не было ни малейшего желания продолжать расспросы.