Звонок нервными колокольцами ударил по ушам. И тут же из двери помчались первые жаждущие свободы. Синявина прошла мимо, гордо вздев подбородок. Переживает – значит, скоро проявится. Нарисовавшийся на пороге Васёк, завидев Агату, тут же провалился обратно в класс и уже вернулся со Смоловой под мышкой. В прошлой жизни он наверняка был котом – какая долгая злобная память. Емельянова не было. Зато был Ванечка. Он замер, разглядывая Агату.
– Я тебя ждала, – нежно улыбнулась она. – Чайник поставила.
Толкнувшие его, чтобы не мешал выходить, девчонки прыснули. Но Стрельцов оставался невозмутим.
– Бессмысленно совершать бессмысленные действия, – очень серьезно сообщил Ванька. – Но если тебе понадобится помощь, скажи. Все тетради у меня есть.
– Это хорошо! – Агата вытащила из пакета первую попавшуюся книжку. А попалась ей «Ваш непонятный ребенок». – Я теперь новую жизнь начинаю. Видишь, умную литературу читаю.
– И что же нового у нас теперь будет? – спросила из класса Дарья Викторовна. – У тебя не Тургенев там, часом?
– Нет, лучше! – Агата пошла в класс, высоко подняв над собой книгу, как знамя. – Последние изыскания в области психовосприятия подростка.
– И что же здесь хорошего?
– Я вам деньги принесла! Начиталась умных мыслей и поняла: вела себя плохо.
Все это было продумано. Спиной она чувствовала взгляд Стрельцова.
– Оставила бы уж себе, – тяжело вздохнула Дарья Викторовна, легким постукиванием по столу выравнивая стопку тетрадей.
– Еще я хотела извиниться за глупый розыгрыш. Само все получилось. Я не специально. Теперь я это тоже понимаю.
Агата осторожно положила купюру на край стола, придавила ее книжкой и медленно подняла глаза. Учительница смотрела на нее настороженно.
– Конечно не специально, – пробормотала она, отворачиваясь. – А Синявину зачем обманула?
– Ну, Дарья Викторовна, – как можно нежнее улыбнулась Агата, – вы же понимаете.
Учительница понимала. Она кивала, но было видно – думает о своем.
– А Емельянов где? – Что-то такое учительница для себя решала. Это было понятно по ее незаинтересованным вопросам.
– Отец дома запер. На улице он подпал под дурное влияние. Под замком это пройдет.
– Ну да, эту сказку я тоже слышала. А ты чего пришла? Заниматься?
– Конечно! Надоело, знаете ли, шутить. Меня как-то мать спросила, как я себя вижу через десять лет. Типа, зачем живу.
– И зачем?
– Вот! – Агата ткнула в книгу. – Этим я и займусь. Постараюсь понять, какой я себя вижу в будущем.
Стопка тетрадей упала на стол, сбив строй.
– Ты бы с матерью помирилась.
– Это сейчас не главное! Главное – решить задачу.