Её волосы заструились вниз на плечи, не закреплённые резинкой. Похоже, она не спала всю ночь. Когда она коснулась его щеки, он почувствовал, насколько холодными были её пальцы.
— Я снова в ловушке, Ашер, — она скользнула ему на колени и обвила руками его шею. Его сердце бешено застучало по рёбрам, отдавая в лёгкие и живот. — Ты же хочешь освободить меня, не так ли?
Хочет. Или хотел. Хочет ли он этого до сих пор? Знает ли он вообще, как хотеть чего-то ещё? Его тело всё ещё реагировало на неё. Он всё ещё хотел поцеловать её, попробовать на вкус её губы, коснуться её. Но было во всём этом что-то неправильное — он никак не мог определить, что. Ему было не комфортно, он чувствовал непреодолимое желание, необходимость в воздухе, утопая в водовороте его запутанной жизни.
Она провела большим пальцем по его нижней губе.
— Я знаю, что Эван бросил тебя.
Как будто в живот ударили, выбив из него весь воздух. Они никогда и не были вместе, поэтому как Эван мог его бросить? Всё стало так, как было и раньше. Он один. Но если Вивиан могла всё ещё понимать и любить его, то не значит ли это, что они заслуживали друг друга? Она, истеричная и разбитая. Он, чудовище. Может, он не заслуживает такого, как Эван. Такого, кто даже у света мог вызвать зависть своей яркостью. Ашер закрыл глаза, чувствуя боль даже тогда, когда Вивиан впилась в его губы своими. Он молча кивнул.
Она поцеловала его, и в её поцелуе не было ни нежности, ни любви. Просто огромное желание в чистом виде ещё сильнее утопить его. Когда она оторвалась от него, он всё ещё чувствовал её вкус на губах.
— Ты такой хороший мальчик, — прошептала она, обдавая его тёплым дыханием. — И когда ты убьёшь его, я останусь с тобой.
— Кошелек или жизнь!
Ашер смотрел на стоящих перед его дверью привидение, гоблина и нечто, что должно было быть Покемоном. Снаружи ещё даже не потемнело, так почему эти попрошайки уже ходят по домам?
— Простите... Вы слишком рано, ребята. У меня ничего нет.
А всё потому, что он не планировал остаться дома на Хэллоуин. Он должен был быть с Эваном, а не дома, ожидая, пока Вивиан будет готова выходить. Дети смерили его укоризненными взглядами и ушли, не сказав ни слова.
— Надо было накупить сладостей, — сказала Вивиан, выйдя из коридора. Она завязала волосы в конский хвост и оделась в чёрные брюки и рубашку, как он её и проинструктировал. Её сегодняшний облик разительно отличался от её обычного ярко-красного и ребячески-розового образа, но чем меньше внимания они привлекали к себе, тем лучше.
Его желудок всё ещё крутило.