– В его методике! Это методика Александра, и тебе незачем совать в нее нос. Ты понятия не имеешь, во что влезаешь. Я переоценил твою готовность к состязанию.
– Но это же игра, разве нет? – спрашивает Селия. – Разве она заключается не в том, чтобы преодолеть ограничения, с которыми сталкивается магия, оказавшись у всех на виду, в мире, где никто в нее не верит? Это испытание воли и самообладания, а не мастерства.
– Это испытание силы, – возражает Гектор. – А ты слаба. Куда слабее, чем я думал.
– Тогда позволь мне проиграть, – просит она. – У меня нет сил, папа. Я так больше не могу. Это не тот случай, когда ты можешь распить бутылочку виски после того, как будет объявлен победитель.
– Победителя не объявляют, – заявляет отец. – Игру нельзя остановить, ее можно только довести до конца. Уж это-то ты должна была понять. Раньше ты была посмекалистей.
Глядя на него, Селия прокручивает в голове его слова, вспоминая все уклончивые ответы насчет правил игры, которыми он пичкал ее все эти годы. Постепенно из разрозненных кусочков начинает собираться общая картина, и главный принцип состязания становится очевидным.
– Победителем будет тот, кто устоит, когда у другого не останется сил держаться, – произносит Селия, с ужасом понимая, что это означает.
– Это весьма грубое обобщение, но достаточно верное.
Отвернувшись, Селия прижимается ладонью к двери квартиры Марко.
– Прекрати всем своим видом показывать, будто любишь этого мальчишку, – шипит Гектор. – Ты должна быть выше этой ерунды.
– Ты готов принести меня в жертву, – тихо говорит она. – Дать мне уничтожить себя только ради того, чтобы ты мог что-то доказать. Ты втянул меня в эту игру, зная, насколько высоки ставки, и позволил мне считать, что это просто испытание наших способностей.
– Не смотри так, словно считаешь меня бесчеловечным.
– Ты же насквозь прозрачный, – огрызается Селия. – Откуда в тебе взяться человечности?
– Даже будь я таким, как прежде, я сказал бы тебе то же самое.
– Что будет с цирком после окончания поединка? – спрашивает Селия.
– Цирк – это просто арена, – пожимает плечами Гектор. – Стадион. Нарядный Колизей. Став победителем, ты можешь и дальше играться с ним, но я не вижу смысла в его существовании после состязания.
– Полагаю, в дальнейшем существовании людей, что оказались вовлечены во все это, ты тоже смысла не видишь? – спрашивает Селия. – Их жизнь – разменная монета в твоей игре?
– Издержки есть всегда, – говорит Гектор. – Это тоже часть поединка.
– Почему же ты никогда не говорил мне об этом раньше? И зачем говоришь сейчас?