Меня снова игнорировали. Когда я пересек комнату, направляясь к стулу у стены, Вульф и миссис Келефи едва глянули в мою сторону, а посол не снизошел и до этого. Он держал речь.
– Я хорошо знаком, – говорил он, – с теорией Финлеттера о том, что в атомный век мы больше не можем полагаться на промышленный потенциал как на определяющий фактор в очередной мировой войне, и я думаю, что Финлеттер приводит достаточные обоснования, но при этом заходит слишком далеко в своих выводах. Несмотря ни на что, это хорошая, ценная книга.
Вульф вложил в книгу листок бумаги, отмечая место, где он остановился (в изданиях из своей личной библиотеки он загибал уголок страницы), и отложил том.
– В любом случае, – сказал Вульф, – человек – необыкновенное животное, обладающее уникальной особенностью. Из миллионов видов, вымерших в ходе эволюции, мы – единственные, кто знает заранее, что именно нас погубит. И это не что иное, как наше неизбывное любопытство. Мы можем этим гордиться.
– Действительно, это так. – По-видимому, нарисованная перспектива не слишком огорчила Келефи. – Я надеялся, мистер Вульф, выразить свою признательность при более счастливых обстоятельствах. Смерть мистера Лисона превратила нашу поездку в трагедию, и тем не менее я не мог пренебречь своим долгом. Благодарю вас, было в высшей степени любезно с вашей стороны исполнить мою просьбу.
– Для меня это привилегия и честь, – ответствовал Вульф. Ни один дипломат не перещеголяет его в вежливости. – Мне посчастливилось быть избранным моей страной в качестве инструмента ее гостеприимства. Вместе с вами я могу только сожалеть о катастрофе, которая омрачила ваше пребывание здесь.
– Разумеется, – согласился посол. – Я также хотел рассказать вам, чем была вызвана моя просьба к помощнику госсекретаря Лисону. В Риме, где я одно время занимал пост, есть ресторан, которым управляет человек по имени Паскуале Донофрио. Я похвалил его соус, который он подает к жареным почкам, и он сказал, что создатель этого соуса – вы. Нечто подобное произошло со мной в Каире, а затем и в Мадриде. А потом от моего друга Лисона, когда он работал в нашей стране, я узнал о вашей деятельности в качестве частного детектива. Поэтому, когда руководство вашей страны поинтересовалось моими пожеланиями, я вспомнил о вас.
– Я польщен, сэр. Просто счастлив.
– И моя жена присоединяется к моим словам. – Он улыбнулся ей. – Да, дорогая?
Ее темные глаза были еще более сонными, чем обычно. Видимо, потребуется нечто большее, чем убийство, чтобы заставить их вспыхнуть. Она заговорила: