По имени Феникс. Дилогия (Грек) - страница 12

— Раз ты от него не отходишь, то давай: проводи до дома. А ты (это мужик уже обратился ко мне) если, что надо будет — посылай ее, рыжую! Она все устроит… но ты и сам знаешь!

Староста махнул на прощанье рукой и ушел. Мы с «рыжей» остались тет-а-тет. Она мигом сделалась тихой и смирной. Молча стояла, а ведь до этого готова была всех на пути разорвать! Странная она. Да и все тут странные. Не дают и слова вставить.

— Веди, поспать бы не мешало, — сказал я, стараясь расшевелить скромницу. — Я тут ничего не знаю.

Она кивнула и повела меня вверх по улице, все сильнее замыкаясь в себе, и отговариваясь лишь односложными фразами. А я задавал всякие незначительные вопросы, потому как ничего важного сказать не решался, надеясь утром, на свежую голову, выведать у местных, куда занесла меня нелегкая. Пока мы поднимались, я успел осторожно намекнуть, что как бы на мели и оплатить гостиницу пока не доберусь домой не смогу. На что она удивленно посмотрела на меня и ответила, что странно было бы Фениксу расплачиваться костяшками. Значит, так тут обзывают деньги. Странное название, но уж какое есть.

Мы поднялись почти на самую вершину холма, как девушка остановилась, топнула ножкой и сердито, но все же мило, уставилась на меня. Я не понимал, с чем связана ее постоянная перемена настроения и оттого сильнее занервничал. В этот момент она выглядит так: розовые губки сжаты, глаза широко раскрыты и, кажется, что она готова вот-вот кинуться на меня с кулаками.

— Извините, если чем-то обидел! — начал оправдываться я, даже не знаю за что.

— Ты меня не помнишь!!!

Над городком пронесся ее крик, и ветер, подхватив, понес его дальше. Она прикрыла ротик обеими руками. Постояла так, и неожиданно заплакала. Я совсем перестал понимать что-либо.

— Объясни, как я мог тебя забыть, если никогда и не знал?

— Хнык, — было ответом.

— Вы меня с кем-то перепутали! Я впервые оказался в ваших краях!

— Ты меня не помнишь! Феникс, я думала мы друзья! В Сборе я тебе во всем помогала! А ты меня забыл, хоть и прошло всего полгода!!!

Ух ты ж мать моя женщина! Да что тут происходит и куда меня занесло?! Почему меня принимают за волшебную птаху, а не за человека, кем я, несомненно, и являюсь!

— Меня Синя и тот узнал сразу! — указала она на птичку, что радостно перескакивала у нее с плеч на голову и обратно. — А ты — забыл!

И что делать?! Как ее успокоить?!

— Извини право слово! Но ты же сама говорила, что нельзя ко мне приставать. Я устал с дороги!

Как я жалок. Все чего сумел придумать, так это отложить непонятную и пугающую разборку на потом. Но, кажется, на нее это подействовало и она, ойкнув, побежала впереди меня, показывая путь. На время гроза миновала.