— Вай! Действительно удобно! — Натик очень эмоционально покачал головой.
— Как с харчами?
— Иногда хорошо, иногда плохо, — последовал уклончивый ответ.
— Не понял?
— Если наши удачно сходят в рейд на продразвёрстку по окрестным сёлам — живём дня три, а если нет, то военные оставили нам сухари. Вот их с чаем и грызём. Ко многим родственники приезжают — подкармливают. Гуманитарная помощь приходит от тех, кто поддерживает нас.
— А с куревом? — Виктор стал за две недели с небольшим заядлым курильщиком.
— С куревом плохо, — пауза. — Но вы мне, ребята, нравитесь, — рот скривился в презрительной ухмылке: — я вам помогу. Тут я нашёл сигареты, которые не успели вывезти — НЗ. «Памир». Правда, немного жестковаты. Сейчас дам.
— 22 —
Он сходил в подсобку и принёс наволочку сигарет. Затем принёс нам постельное бельё, несколько пар нательного. Прачечная здесь не работала. Поэтому мы договорились, что нательное бельё и носки мы будем выбрасывать, а он нам каждую неделю будет поставлять новые.
— Откуда форма? — спросили мы на прощанье.
— От верблюда!
— Который импортный?
— Я же говорю — гуманитарная помощь беженцам.
— А наша форма? — спросил я, трогая рукав куртки.
— Что нельзя купить за большие деньги, можно купить за очень большие!
— Ясно. Форма "номер восемь" — что украдём, то и носим?
— Точно. Забегайте, ребята! Посидим — чайку попьём, службу вспомним.
Потом нас накормили. Видимо, рейд был удачный. Потом вместе с охраной разместили в казарме. Казарм было три. Нас разместили в большом помещении, скорее всего, это было что-то вроде санчасти. Определить трудно, только висели плакаты по оказанию первой медицинской помощи.
Нам была определена комната с зарешеченными окнами, выход один, через второе помещение, там и расположились охранники.
Вите было тяжело ходить с загипсованными пальцами в новой обуви, поэтому я с охранниками привёл всё в более-менее надлежащий вид.
Закурили. Сигареты точно были на складах НЗ. От долгого хранения они слежались и когда разминали, то они ломались, острыми краями можно было резать бумагу. Поэтому их трёх сигарет для применения годилась лишь одна. Дарёному коню в зубы не смотрят.
Начало смеркаться. Пришёл комбат с Серёгой. Теперь мы увидели своего командира в полный рост и полный вес. Ужасное зрелище, за столом он смотрелся гораздо лучше.
Комбат был небольшого роста, около метра пятидесяти пяти, но весил, наверное, килограммов сто тридцать. Они с Модаевым принесли топографические карты.
Из того, как они были склеены, подписаны, и как была нанесена обстановка, мы поняли, что это делал Модаев. Всё было сделано крайне небрежно, с помарками, не были выполнены требования "Боевого Устава".