– Бегом! – крикнул я. Сообразив, что подавать эту команду было не обязательно. Топот ног, и запоздалые очереди над головой. Вырвавшийся вперед Ильдар остановился, привстал, выпустил длинную очередь по преследователям и, резко пригнувшись, побежал дальше. Летевшие к нам пули не приносили никакого вреда, разве что сбивали на нас песок и глину бруствера – гранатометных выстрелов я опасался больше, но пока вахи сообразили открыть огонь из «РПГ», мы оказались под укрытием очередного дома. Из хода сообщения пришлось выбраться, и теперь мы бежали по изрытой воронками и захламленной различным мусором улице.
– Темп, темп, не сбавляем! – Мне пришлось поторопить замедливших бег бойцов. Нам следовало оторваться от преследователей как можно дальше, чтобы они не имели возможности стрелять в спину. Но те, похоже, и не стремились участвовать в гонках, то ли не позволило тяжелое облачение, то ли не торопились нарываться на неприятности.
Ко второй линии обороны мы добрались как раз вовремя, чтобы успеть занять предназначенные нам позиции и скоординировать действия со своими соседями. Я и капитан Поплавский со своей ротой, а точнее, с остатками двух групп расположились в центре обороны, заняв позиции в элитной многоэтажке. С нами же в центре разместилось до трех десятков собровцев, левый фланг обороняли объединенные батальоны ополченцев, правый – сводные отряды милиции, опять же ополченцы и наша третья рота СпН. Находившийся неподалеку от меня майор Пащенков взял все командование на себя. Оно и к лучшему, мне и роты за глаза. Роты… Комок к горлу – от того состава, что был еще утром, осталось меньше пятидесяти процентов. Отправленная на ликвидацию прорыва группа Маркова полегла полностью, из завязавшейся мясорубки не вышел никто, почти половину личного состава потерял Поплавский. Удалось сохранить всех людей Денису Анапенко. Что сказать? Молодец! Но у его задач своя специфика. Он в автономном плавании. Я же потерял одного плюс тех, кого потеряли они все…
Смеркалось. Ваххабиты оттянулись назад, заползли в «норы», ощетинились орудийными стволами. Все замерло. Тишина… беспокоящий огонь не в счет. Шипение осветительных ракет, как успокаивающий шепот. За окнами догорает подбитая техника. Сейчас бы поспать, хотя бы полежать часик-другой в неподвижном оцепенении. Так и сделаю. Осталось только убедиться, что противник в ночи не собирается ничего предпринимать, и назначить охранение. Со стороны лестницы послышались чьи-то торопливые шаги.
– Товарищ старший прапорщик… – Отблеск пожаров заиграл на лице вошедшего.