У нее перехватило дыхание от эмоций, совсем не похожих на тревогу, боль, горечь и унижение. Стараясь сдерживать нахлынувший поток слез, Дарси кивнула, не в силах облечь в слова благодарность за то, что он просто понял ее, не пытаясь все переиначить.
Взяв ее руки, Джефф начал мягко массировать круговыми движениями тугие кулаки и поглаживать нежные чувствительные запястья.
– Успокойся, милая. Забудь обо всем и попробуй расслабиться хотя бы на минуту.
Осторожные, едва ощутимые прикосновения занимали все ее мысли, казались целебным бальзамом для израненной души. Наконец пальцы, сжатые в кулак, распрямились, отдавая раскрытые ладони его волшебным ласкам.
Он положил ее ладони себе на грудь, прижав на мгновение, заскользил ладонями вдоль линии рук, до самых плеч. И вдруг, ошеломленная, она глубоко вздохнула, раскрыв губы, потому что он провел рукой между ее грудей.
Нельзя позволять ему делать это, но отчего-то Дарси не могла найти слов, чтобы его остановить. Она и не хотела.
Глазами он медленно скользил вверх по ее телу и, встретившись наконец с взглядом, не отпустил его, пока помогал ей снять рубашку.
Ее груди набухли, живот немного увеличился, но был мягким и рыхлым, еще не приобретя той упругости и округлости, которая украшает.
Джефф вызывал желание подойти ближе и, прижавшись, укрыться от всех невзгод. От одиночества. И от прохлады свежего ночного воздуха. И от неловкости собственного изменившегося тела. И от целой вечности, проведенной лишь наедине с собой. С этим человеком было так хорошо. Как не было никогда и ни с кем другим.
– Вот, давай наденем это на тебя, – предложил Джефф, поднимая над ней футболку, которую только что снял с себя. Мягкая хлопчатобумажная ткань все еще хранила тепло его тела, на Дарси футболка выглядела как короткое платье. Джефф отошел на шаг, чтобы поскорее покинуть маленькое пространство, в котором царствовали абсурд и умопомешательство.
Он спасал ее, уговаривая отойти от опасного края и вместе с тем быстро решая проблемы первостепенной важности. Например, колючий шов в ее рубашке. За все эти годы ничто не казалось таким приятным, как эта простая футболка.
Господи, как она трогательна.
– Спасибо тебе за… – пробормотала Дарси, не в силах посмотреть ему в глаза.
– Да, пожалуйста. Увидимся утром.
Джефф буквально влетел в свою комнату, борясь с собственным телом, каждый мускул которого работал против него, брыкаясь, отчаянно сопротивляясь и стараясь заставить его вернуться туда, откуда он только что ушел. К теплой, чувственной и такой желанной женщине, этому олицетворению утренней воскресной фантазии, близость которой он так хотел снова ощутить в своей постели.