Пейдж увидела новую пару гостей. Это поубавит тебе самомнения, укорила она себя. Что бы там ни происходило, к ней это не имело никакого отношения, ибо вошедшими были родители Калеба.
— Все дело в моей маме, — продолжала Сабрина.
— Что она вытворила на этот раз? — покорно спросила Кэсси.
— Приглашения двух лишних свидетелей и пары сотен гостей показалось ей мало, — произнесла Сабрина. — Она решила, что задуманный нами прием ни в коей мере не отвечает ожиданиям ее друзей.
Ей показалось, что одного оркестра будет мало, а меню не отличается изысканностью… Ну, думаю, вам все понятно.
— Ситуация ясна, — сказал Джейк, — не ясно только, какое это отношение имеет к десерту. Вы обещали белый шоколад с малиной.
Сабрина рассеянно улыбнулась.
— Не беспокойтесь, мы и вправду захватили торт домой, но придется подождать. Мы с Калебом решили: раз уж моей маме так хочется превратить нашу свадьбу в свою, пусть сама ею и наслаждается.
Мы появимся там из уважения к гостям, но вместо этого цирка мы решили устроить свадьбу сейчас.
— Прямо сейчас? — изумилась Пейдж.
Сабрина кивнула.
— Ты же сама предложила нам сбежать со свадьбы. Но мы решили, что нельзя сыграть свадьбу без тех, кого мы любим. Потому мы и заманивали, уговаривали, буквально похищали вас, чтобы собрать здесь — на свадьбу. — Она посмотрела на Пейдж. Помучилась же я с тобой: я чуть не весь вечер искала тебя, потому что дома тебя не оказалось. Я была просто ошарашена, когда, отправившись за Остином, увидела и тебя!
— Рад услужить, — тихо произнес Остин. — Готов на все, чтобы выручить друга.
Калеб хлопнул его по спине и громко произнес:
— Ваша честь, мы готовы.
С террасы вошел седовласый человек с книгой в руке и встал перед камином.
— Не могли бы вы разместиться полукругом?
Пейдж поставила чашку с кофе и стала рядом с Кэсси. С краю ей было хорошо видно всех. У Кэсси все еще был ошеломленный вид. Сабрина с Калебом не сводили друг с друга глаз. Родители Калеба были спокойны, словно ничего особенного не происходит. Джейк явно смирился с тем, что придется подождать десерта. А Остин…
Ей не хотелось, чтобы мысли об Остине имели хоть какое-нибудь отношение к свадебным делам, а потому она принялась размышлять о том, насколько эта церемония отличается от той, что задумывала мать Сабрины. Никаких величественных маршей на органе — просто еле слышная музыка, никаких огромных корзин с экзотическими цветами, а только ваза с дюжиной роз на камине. Никаких затейливых нарядов…
Ее платье в эдвардианском стиле так и осталось в комнате для гостей, где она примеряла его в день приезда Остина. Его теперь, видно, не надеть. Да что говорить о нем, если вспомнить о великолепном платье Сабрины из белого атласа с кружевами…