если в душе этой энергии нет, можно ставить жирный крест на том, что мы называем жизнью и че-
ловеческим счастьем.
Раньше подобные мысли вызывали у меня мрачное настроение. Сейчас я твердо знаю одно: любая
приятная или болезненная ситуация должна вызывать вспышку любви и энергии. Неприятность не надо
убивать обидой, страхом или осуждением. В неприятности заложена возможность развития. А развитие —
это всегда сочетание двух противоположностей. Боль всегда будет рядом с наслаждением. Неприятная
ситуация дана Богом. Ее нужно любить, менять и воспитывать. Но воспитания нет без любви. У
человечества сейчас много проблем. Мудрых это подстегнет к любви и активным действиям по
преобразованию и воспитанию души. Умные попытаются что-то изменить в экономике и политике. Дураки
будут обижаться и унывать. Внутренняя энергия во многом определяется отношением ко времени, главной
фундаментальной величине вселенной.
Практически у всех раковых больных всегда присутствует сожаление о прошлом, неприятие проис-
шедших событий. Глупый ищет причину в других, и это подталкивает его к обвинению, ненависти и
осуждению. Умный видит причину неприятностей в себе и часто испытывает уныние и недовольство собой.
Мудрый видит во всех неприятностях одну причину — собственное несовершенство. Несовершенство —
это когда в душе мало энергии и любви. Поэтому вместо ненависти и уныния, ослабляющих и
разрушающих душу, мудрый в любой неприятности видит возможность развития, то есть расширения
возможностей любить и отдавать энергию.
Вдруг в сознании всплывает неожиданная мысль — а каким был бы еврейский народ без того
импульса устремления к Богу, который прошел через его основателей? Что стало бы со сверхспособностями
еврейского народа? А ведь на земле существует похожий народ. Он обладает высокой духовностью, то есть
интуицией и даром предвидения, но основной его промысел — воровство и жульничество. В России
представители этого народа сейчас занимаются сбытом наркотиков. Это цыгане. Естественно, у них есть
свои нравственные понятия. Но духовность, не подкрепленная высокой нравственностью, превратила цыган
в нищий кочующий народ.
Я отвлекаюсь от мыслей и гляжу в окно. Внизу видны вечерние огни Дакара. В темноте, если
судить по огням, он ничем не отличается от европейских городов. В аэропорту я должен встретиться со
своими приятелями. У них пересадка была в Париже, и прилететь они должны были на час раньше меня.