- Я знаю, мама, - её голос предательски дрогнул и она спрятала заплаканное лицо в пышных прядях распущенных волос матери. - Мне даже было немного страшно возвращаться в Камаре. Я боялась, что вы не узнаете меня, так я изменилась. Боялась, что вы окажетесь не в силах принять того, что со мной произошло. Что вы, может быть, разлюбите меня, когда все узнаете ...
- Ах, родная, ну как ты только могла подумать, что мы отвернемся от тебя. Никогда, никогда этого не случится, чтобы не произошло. Мы всегда будем с тобой! - воскликнула герцогиня, вспоминаю, как в детстве она носила маленькую дочку на руках и пела ей песенки.
Люсьен и Сабрина обменялись взглядами поверх склоненной головы Реи. Если они хотят, чтобы все вновь было, как прежде, чтобы они стали одной семьей, они со многим должны будут смириться. И если потребуется принять такого человека, как Данте Лейтон, чтобы их дочь была счастлива, что ж, так тому и быть.
Глава 7
Чем больше, тем веселее.
Джон Хейвуд
В первый раз с того самого ужасного дня в прошлом году веселый смех и радостный гомон наполнили маленькую гостиную в южном крыле замка. В огромном камине ярким пламенем пылали дубовые поленья, потом туда же полетели остатки старой яблони, пламя весело полыхало, принося тепло и уют. В это время года день быстро догорал, быстро наступала ночь, холодно и неуютно в этот час бывало на западном побережье.
Резкий и пронизывающий ветер швырял пригоршни мелких брызг в высокие окна, барабаня по стеклу, а заходящее солнце бросало последние пурпурные отблески на унылые, невысокие холмы. Скоро опустятся тяжелые, бархатные шторы, они скроют мрачную ночь за окном, в высоких канделябрах весело загорятся бесчисленные свечи и в комнате вновь станет светло и радостно.
Дрожащие отблески пламени камина отражались в блестящем серебре старинного чайного сервиза, чинно стоявшего на маленьком столике перед двумя дамами, которые уютно устроились возле камина на изящном диванчике, покрытым розовым шелком.
Наполнив чашку душистым, темным чаем, Рея Клер бросила взгляд на мать и, встретив её ласковую, любящую улыбку, протянула герцогине изящную, как чайная роза, чашечку из драгоценного китайского фарфора.
- Как приятно хоть ненадолго избавиться от Особого Лекарства миссис Тэйлор! - насмешливо улыбнулась герцогиня, - Знаешь, дорогая, я подозреваю, что старушка Роули добавляла мне его потихоньку, когда я болела, причем не раз, и не два. Если честно, то я уже иногда жалею, что она приехала за нами в Веррик Хаус и свела знакомство с этой ужасной миссис Тэйлор.