— Ты не понимаешь! Это все как покупка моего молчания, это все напоминает мне о той ночи, когда я оказалась в больнице. Об отражении в стекле, которое принадлежало не мне. Это все атрибуты Эльвиры Граданской, не меня! Если я избавляюсь от того, что связывает меня с ней, то я должна избавляться ото всего, без исключений. Теперь я снова Карина, снова нормально смотрю на жизнь, снова начинаю жить, не существовать, а он снова тут и снова колышет мои воспоминания. Дай прочитать записку и верни все это ему. Оставь меня одну всего на пару минут.
Дима вошел в квартиру, а я развернула послание. Я прислонилась к стене балкона и, ежась от холода, начала читать. Почерк, такой красивый, такой понятный, совершенство…
«Карина. Поздравляю тебя с днем рождения. Я желаю тебе поменьше в жизни таких людей, как я, наверное, это самое заветное твое желание на сегодняшний момент, прости мою наглость и мой подарок, не хотел тебя задеть, а если получилось — извини. Я не хочу, чтобы ты забыла всю нашу историю, ведь только последняя ее часть была грустной. Я уверен, что ты правильно все рассудишь. Подаренные бриллианты приносят счастье. Так что счастья тебе. До свидания, Карина».
Не знаю почему, но от этих слов вдруг так легко на душе стало. Достойное прощание. Мне вдруг почудилось, что внутри меня на одну ранку стало меньше, затянулось. И правда, забывать ничего не надо, надо просто принять, что было, и больше на те же грабли не наступать. Я вошла в комнату, виновато улыбаясь, а потом взяла коробочку и унесла в комнату.
— Что там? — спросил подозрительно Дима, когда я вернулась.
— Ничего, что бы тебя разозлило, — сказала я. — И ничего, что заставило бы меня поменять мнение. Просто я оставлю все у себя.
— Больше я тебе переливание крови делать не буду! — прошипел Дима. Настя удивленно охнула.
— Жадина! — беззлобно прокомментировала я и вернулась на свое место.
А через несколько дней мы с Коршуном отправились-таки на охоту.
— Верхом ездить умеешь? — спросил он.
— Нет, конечно! — воскликнула я. Он посадил меня на лошадь, и сказал скакать. И чего тут, вроде, сложного? Я решительно не понимала, но Коршун хохотал так, что чуть с лошади не свалился. Всласть насмеявшись, он начал показывать как правильно двигаться и сидеть в седле. Оказалось, в Коршуне умер учитель.
Коршун почему-то не признавал охоту у своего загородного дома, потому мы очень далеко ехали, прежде чем начали по-настоящему искать животных. Я подстрелила одного зайца, а он притащил пару гусей.
— А теперь решай, — сказал он. — Можно остаться в лесу на ночь и продолжить все это завтра, либо сейчас отправиться домой.