Рассказ был кратким. У Артура было только одно желание: нырнуть под пуховую перину, соблазнительную, словно малина, и мгновенно заснуть. Но судьба решила, что этот момент придется отложить. Он как раз начал раздеваться, когда раздался нервный, негромкий стук в дверь. Гийом открыл ее и увидел женщину в темном плаще с капюшоном, накинутым на голову. Та быстро переступила через порог. Увидев того, кто открыл ей дверь, она едва сумела сдержать крик радости:
— И вы здесь! Хвала Господу! Я только что говорила с вашим сыном, но вы приехали тоже, и это истинное благословение!
Тремэн склонился к руке в кружевной митенке, которую ему протянули для поцелуя.
— Госпожа де Вобадон? Истинная радость снова видеть вас, — Гийом откровенно лицемерил, потому что молодая женщина ему не нравилась.
— Прошу вас, никаких имен! Не я должна была прийти сюда. Но молодой человек уже встречался со мной, и мы подумали, что он охотнее выслушает меня, чем незнакомого человека. Нам нужно поговорить о важных делах.
Явно взволнованная, она наградила Артура, занятого завязыванием галстука, быстрой улыбкой и села на стул, предложенный ей Тремэном.
— Одну минуту! — сказал он. — Вы не знали о моем приезде и все-таки пришли поговорить о важных делах с мальчиком четырнадцати лет?
— Возраст не имеет значения! Он ведет себя, как мужчина, к тому же у меня не было выбора.
— И все-таки, отчего такая спешка? Если я не ошибаюсь, моя дочь живет у вас уже два месяца. Почему вы мне не написали?
— Никогда не знаешь, в чьи руки попадет письмо. И потом, не было никакой срочности. А сегодня мы торопимся. Ситуация, которую в начале лета у нас были все основания считать благоприятной, лишь ухудшается. Если все пойдет так же и дальше, то принц окажется в большой опасности... и мы тоже! Нужно...
— Жизнь заговорщика никогда не была праздником, — живо перебил ее Гийом. — Меня удивляет тот факт, что вы этого все еще не знаете. Я вспомнил, что во время Революции вы были очень преданы королевской семье.
— И я готова служить ей снова, но на этот раз все становится слишком сложным. Принц должен уехать.
— Ничего нового я от вас не услышал. Элизабет уже сказала об этом своему брату во время их недавнего разговора. Поверьте, я искренне опечален... Но что я могу сделать?
Молодая женщина задрожала от нетерпения, и ее черные глаза под рыжей челкой, откинутой назад капюшоном, вспыхнули.
— Вы не понимаете. Он должен уехать один! Вот почему ваш приезд — большая удача!
— Я все равно не понимаю. Это не первое расставание для моей дочери.
— Эту разлуку она не примет. Он, впрочем, тоже, но это единственный шанс выжить для них обоих.