— А что, Никита здесь?
Настя стала вертеть головой по сторонам.
— Откуда он взялся?
— Это я его пригласила.
— Зачем?
— Я хочу вас помирить.
— После того, что произошло?
— Ну, Настя… — захныкала Маргарита, — у меня сегодня такой радостный день. Вы хотя бы не скандальте. Поговори с ним. Я ведь вижу, как он мучается.
Настя решила уступить подруге.
— Хорошо.
Она направилась к столику, за которым в одиночестве, точнее, в компании бутылки, сидел ее друг… бывший друг. Не обращая никакого внимания на Анастасию, он снова налил себе и выпил, закусив традиционным соленым огурцом. Настя молчала.
Лишь закончив обязательную программу, Никита повернулся к Анастасии.
— А, это ты? Привет.
— Привет, змей.
Никита невесело усмехнулся и искоса посмотрел на нее.
— У тебя новая прическа?
— Да.
— Ты вообще выглядишь как-то по-другому.
Он не производил впечатление пьяного.
— Да, я уже не та дура, которой была совсем недавно. В этом твоя заслуга.
Никита как будто не слышал этих слов.
— Да, — вздохнул он, — новая прическа, костюмчик, портфель в руках. Ты чем занимаешься?
На сей раз Настя проигнорировала его.
— Я хочу выпить, — сказала она.
— Здесь есть только водка и апельсиновый сок.
— Тогда я буду апельсиновый сок.
— Как знаешь…
Настя налила себе сока и стала поглядывать по сторонам, медленно потягивая напиток.
— Значит, я тебе не нравлюсь? — тяжело ворочая языком, сказал Никита и кивнул, словно отвечая сам себе.
— Да, не нравишься, — холодно ответила Настя.
— А вот ты хорошо выглядишь. Нет, ты мне все-таки скажи, что это за наряд? Тебя в милицию вызвали, что ли?
— Нет, я просто пришла сюда с работы. Меня немножко повысили.
Никита осоловело кивнул.
— Это здорово, за это надо выпить.
— Может быть, не стоит?
— Стоит.
Шилов налил себе водки и проглотил, не морщась.
— Между прочим, — сказал он после этого, надменно выпячивая губу, — я закончил пьесу. Но это еще не все. Мне уже предложили постановку.
Настя была искренне рада.
— Поздравляю, ты молодец! Ты все-таки молодец, Никита!
Шилов выпил еще и за собственный успех, после чего окончательно потерял способность к передвижению. Он сидел, подперев рукой все ниже и ниже клонившуюся голову. Настя почувствовала горечь и неловкость, как будто человек прямо на ее глазах превратился в развалину.
— Может быть, тебе пора домой? — предложила она, наклоняясь к нему.
— Что?
— Хочешь, я поймаю такси?
— Какое такси? Не надо никакого такси. Я хочу выпить.
— Прекрати, — взмолилась Настя, — ты уже вполне достаточно выпил. В этом нет никакой необходимости. Или ты хочешь упасть под стол и уснуть там?