Однажды вечером Макандаль обратился к рабам, которые прибыли сюда с отдаленных плантаций, чтобы забрать пакеты с ядом. Для этого они пошли на огромный риск — многие из командиров Макандаля высказались против того, чтобы вообще вызывать их сюда. Было бы гораздо безопаснее передать пакеты через посыльных маронов или через вездесущих пакотильеров. До многих частей острова можно было добраться только с их помощью; в конце концов, между плантациями, находящимися недалеко от Порт-о-Пренса, и лагерем Духа было несколько дней пути. Однако же Макандаль хотел лично обратиться к максимальному количеству своих приверженцев: он хотел зажечь в них дух борьбы за свое дело.
— Если схватят хотя бы одного из них, он может выдать весь наш план, — сказал Джеф. — А что касается тебя, Макандаль… Это очень опасно, если ты отправишься в Новый Бриссак. Почему ты не хочешь остаться здесь? Давай все сделаем мы, а ты появишься лишь тогда, когда страна будет в наших руках.
Было решено, что пакеты с ядом, предназначенные для окрестностей Кап-Франсе, будут спрятаны в сарае между Новым Бриссаком и Роше о Брюм, в котором Джеф в первый раз слушал Макандаля. Макандаль был исполнен решимости перед святым вечером еще раз выступить перед местными вождями. После этого он хотел со всей своей свитой пробраться на плантацию к Дюфренам и праздновать вместе с чернокожими, а в это время домашние рабы должны дать яд хозяину дома и гостям на его рождественском балу. Джеф, как и многие другие предводители, считал это совершенно ненужным риском.
Однако Макандаль только рассмеялся.
— Меня они никогда не схватят, парень! Я — бессмертен, не забывай об этом! Я должен быть там, чтобы придать нашим людям мужества. Они должны знать, что я рядом, что я храню и защищаю их, что мой свет падает на них! Мы больше не будем прятаться! Мы принесем жертвы нашим богам, в то время как белые будут праздновать рождение своего Христоса. Мы будем танцевать и петь, и…
Выступление Макандаля перед избранными рабами должно было состояться во время рождественских богослужений на плантациях. Последние обычно по практическим соображениям проводились после обеда. После этого устраивали бал, а рабы или обслуживали гостей, или же могли праздновать в своем кругу. На Рождество полевым рабам было лучше, чем домашним слугам, — для них пир начинался уже в святой вечер, в то время как домашние рабы должны были обслуживать белых. Отсутствие некоторых чернокожих на богослужении могло остаться незамеченным, и представители всех плантаций в округе могли прийти в сарай между поместьями Новый Бриссак и Роше о Брюм. Похоже было на то, что Макандаль готовил религиозную церемонию. Он говорил о жертвоприношении, танце и заклинании духов.