Шакра понятия не имел – о ком говорит спятивший в заключении Низам, но он знал, что тот не обманет его.
– Какую? – Он явно терял терпение.
– Найди того, кто не будет не богом и не демоном, оставаясь при этом сильным, не героем и не обычным созданием, способным на великий подвиг. Найди и убей, чтобы он послужил жертвой тому, кто поможет теперь тебе.
Шакра ожидал чего-то большего, что потребуют от него взамен, но услышав такое, не смог удержаться от усмешки. Ничего необычного, никаких даров, которые будут слишком дороги. То, что от него просят, он легко найдет и отдаст безумному Низаму и его хозяину.
Шакра стряхнул воспоминания, отрывая взгляд от горизонта. Совсем скоро воин будет в его руках, и его сердце послужит на пользу его славе. Шакра почти представлял этот миг, когда ещё бьющееся сердце будет лежать на его ладони, чтобы выполнить свою великую роль, возвращая прежнее величие и мощь войны и смерти. Если же он не окажется тем, кого они ищут, это не будет большим огорчением. У Шакры были свои планы.
– Вы хотите взять отгул на неделю?
Казалось, что Стоун удивлён. Джил мысленно закатила глаза – она проработала достаточно плодотворно, чтобы иметь право на неделю для решения семейных проблем, так звучала её объяснение просьбе об отгуле. За то время как она работала у Стоуна, его дела упорно шли в гору, и Джил имела полное право заявить, что в этом есть и её заслуга.
Стоун взглянул на часы, и это движение показалось Джил неоправданно долгим, как в замедленной съемке.
– Я удивлен, что Вы не заговорили об этом раньше. Мы работали в таком режиме, что Вам действительно стоит отдохнуть. Позвоните мне, как вернётесь.
И это всё? Джил облегченно выдохнула. Она готовилась к куда как большим трудностям в разговоре, а вышло всё гораздо проще. Дома её уже ожидала заранее сложенная сумка, в которую Джил ещё вечером положила смену одежды и нужную мелочь. Она сможет выехать даже сегодня вечером и к утру окажется дома.
Оставив машину на привычном месте у дверей, Джил придирчиво обернулась и оглядела её. Новенький капот, не напоминающий ничем больше о ночной встрече, радовал глаз. Так что, можно было сделать вид, что ничего и не произошло. Испытывая ощущение абсолютной уверенности в правильности того, что она делает, Джил направилась к дверям дома.
Проверила ещё раз – всё ли собрано, она вытащила сумку и закрыла за собой дверь. Повернула ключ в замке и, вскинув сумку на плечо, спустилась вниз по лестнице.
Гай легко мог видеть безмятежное выражение на лице Кэйлаш, убирающей на заднее сидение синюю спортивную сумку. Он стоял на противоположной стороне улицы, как неприметный прохожий, и смотрел на то, как человек бежит прочь, надеясь, что так сможет снова всё оставить позади и избежать последствий. Как недальновидно и мелочно, чисто по-человечески. Кэйлаш выпрямилась, поднимая лицо к солнцу. Он легко мог сказать, даже не забираясь в её разум, что она испытывает спокойствие и облегчение.