Вообще-то, насколько я помню по прошлой своей жизни, учащиеся специализированных спортивных школ к участию в турнире «Золотая шайба» не допускались. Но нашей школе никто участвовать не запрещал. Значит, либо я что-то путаю, либо такое правило появилось позднее. Потому что мои воспоминания об этом относятся к последним десятилетиям существования турнира, то есть к 10-м или 20-м годам.
Ирка, когда узнала, что я записался в команду, весь вечер недовольно бухтела. Леона даже немного поругалась с ней, потому что Ирка своим ворчанием мешала ей делать уроки. Леона всегда становилась чуть раздражительной, когда делала алгебру — она у неё туго шла.
Почему-то Ирка считает, что мне на этом хоккее обязательно повыбивают все зубы и переломают рёбра. Странно, в прошлом учебном году я ведь уже играл в хоккей, и она, кажется, воспринимала это достаточно спокойно. А я, в отличие от неё, за собственное здоровье сильно не переживаю. Во-первых, играть мы будем с такими же ребятами 12–13 лет, как мы. Во-вторых, на мне будут доспехи. В-третьих, я буду вратарём, а нападение на вратаря — это нарушение правил. Ну и, наконец, главное. Стоять в воротах в основном будет Пушкин. У меня самая безопасная роль в команде — запасной вратарь…
Прямо в форме и доспехах я лежу на столе в медпункте и изо всех сил стараюсь не пищать от боли. А то сердобольная врачиха решит сделать мне обезболивание, а на это совсем нет времени. Ирка всё-таки оказалась права. Я получил-таки травму. Причём на самой первой игре, в которой в ворота я встал с первой минуты первого периода. Мне рассекли клюшкой бровь, и довольно сильно. А сейчас врачиха накладывает мне шов. Без наркоза. Впрочем, давайте я всё расскажу по порядку.
Сейчас у нас идёт апрель 73-го и я нахожусь в медпункте Малой спортивной арены «Лужники». Мне тут бровь зашивают. Больно, однако. Наша команда, к моему несказанному удивлению, выступала весьма успешно. Несмотря на то, что участвовала в турнире впервые и вопреки своему несерьёзному названию.
Названием, кстати, команда обязана мне. Когда его придумывали, ребята чуть не передрались. Вариантов было ровно столько, сколько в команде игроков. И после трёх часов ругани приняли компромиссное решение. Как единственной даме и самому молодому игроку, честь дать имя новой команде передали мне. Ну а мне трудно разве? Я взял — и придумал. И теперь старшая хоккейная команда нашей школы носит гордое название «Зоопарк».
Возможно, благодаря столь легкомысленному названию мы выиграли все без исключения отборочные игры районного уровня. Соперники могли чуть расслабиться, узнав, что играть им придётся против зоопарка. Несерьёзно это. Но на областном уровне такое уже не проходило. Там и команды серьёзнее, и про нас стало кое-что известно. И таких пародий на хоккей, как в тот раз, когда мы играли с деревенской командой «Волк», уже не случалось. У «Волка» мы выиграли со счётом 36:0, а потом ещё долго шутили на тему того, что один волк вышел против всего зоопарка. И его, конечно, слоны да носороги затоптали. Я тогда впервые в ворота встал. Пушкин мне уже после первого периода уступил место, когда мы выигрывали 8:0. Кстати, я с тем же успехом мог бы и не выходить на лёд. За два последних периода волки по моим воротам так и не попали ни разу. Мне было скучно и холодно — мы в тот раз играли на открытой площадке и дул резкий ветер.