Казиль вздрогнул при виде этой дерзости, а сопровождавший их индус отвернулся и начал бормотать сквозь зубы какое-то суеверное заклинание.
Джордж, не смутившись, продолжал.
— Так вот какой ты молодец, грозный бог Шива! — проговорил он со смехом. — Ничего хорошего! Какая уморительная у тебя физиономия! Очень жаль, что ты не смог воспользоваться своим всемогуществом, чтобы придать себе более приличный и благообразный вид. Если когда-либо я вернусь в Англию, то захвачу с собой тебя и поставлю в качестве пугала в парке своего замка. Воробьи, самые вороватые птички и истребители наших вишен, наверняка испугаются и пощадят наши сады.
Выражение ужаса появилось в глазах Казиля и индуса, они украдкой поглядывали на грозного бога зла, ожидая, что вот-вот блеснет молния из его глаз и гром поразит дерзкого святотатца. Но Шива пренебрегал насмешками. Не было ни блеска молнии, ни раскатов грома. Стоп, оцепенев от страха, не произносил ни слова.
Наконец Джордж сошел с пьедестала, возвратил факел, взятый у индуса, теперь ненужный, потому что луна снова выплыла из-за облаков, и направился к одному из слоновьих останков, чтобы поближе рассмотреть его белые кости.
Казиль удалился на некоторое расстояние и с опущенными глазами, казалось бесцельно, размеренными шагами ступал по высокой траве. Вдруг он остановился. Чувство опасности заставило его отшатнуться, но, преодолев это чувство, он ринулся вперед, нагнулся к земле, раздвинул траву и пронзительно закричал.
XXXI. ВСТРЕЧА СЫНА С ОТЦОМ
— Что случилось? — спросил Джордж, оборачиваясь на этот крик.
Казиль безмолвно созерцал поразивший его предмет и, казалось, не слыхал заданного ему вопроса.
— Наверное, удав? — пробормотал Стоп глухим голосом. — Или черная пантера. А может, кровожадный леопард или свирепый тигр. Здесь наша гибель! Бежим отсюда, ради бога!
Ужас сковал несчастного Стопа, и он, словно старое, трухлявое дерево, рухнул на большой камень.
Джордж с нетерпением повторил свой вопрос:
— Ответишь ли ты, Казиль, что там такое?
— Здесь среди травы я заметил мертвое тело, — ответил Казиль тихим голосом.
— Мертвое тело? — изумился Джордж.
Судорожным движением Стоп провел рукой по своему лбу, покрытому холодным потом, и, не в состоянии громко говорить, прошептал:
— Ах, мне дурно! Я теряю сознание! Я умираю!
В это время Казиль опустился на колени возле трупа. Он извлек из раны кинжал и при свете луны внимательно осмотрел его окровавленное лезвие.
— На кинжале изображение богини. Это дело рук сынов Бовани, — тихо заметил он.
Луна вдруг снова спряталась за набежавшую тучу, и кладбище слонов погрузилось в густой, непроницаемый мрак.