Ведь, помимо прочего, в любом автобусе есть водитель. В прошлой жизни (так она называла теперь совместное проживание с Аланом) ей было небезразлично то, что происходит с другими людьми, она беспокоилась о них, хотела чем-то помочь. Если она толкнет Дафни под колеса маршрута № 46 или № 187, то разве тем самым не втянет в неприятную историю водителя автобуса? Разве потом он не запомнит на всю жизнь, что, пусть и непреднамеренно, стал виновником гибели женщины? Как-то по телевидению она видела репортаж о машинисте поезда, который сбил на железнодорожном переезде автомобиль и стал свидетелем гибели семейной пары и их детей. Мужчина с тяжелой депрессией попал в психиатрическую клинику. Поэтому и в данном случае пострадает явно не одна Дафни Джоунс.
Она договорилась, что явится в дом Дафни на Гамильтон-террас в пятницу. У нее еще есть время, чтобы все тщательно взвесить и решить.
В период врачебной практики к Льюису наведывался один частный пациент, живший на Гамильтон-террас. Со здоровьем у него было все в порядке, но ему нравилось иметь под рукой знакомого врача. Звонил он довольно часто, иногда даже поздно вечером. В конце концов Льюис расстался с ним, но сохранил память о той улице, о том, как она выглядела в полночь: тихая, пустынная и тускло освещенная. Тот пациент жил довольно далеко, почти на углу с Карлтон-хилл, но номер его дома в принципе давал Льюису неплохое представление о месте, где живет Дафни.
Проведя у них в доме несколько минут и получив бокал джина с тоником, Льюис начал задаваться вопросом, не является ли болезнь Дафни — как и у того, другого жителя Гамильтон-террас, — скорее какой-то уловкой или предлогом повидаться с ним. Потом она рассказала про дрожь, которая началась неделей раньше, после одного потрясения. Дафни ненадолго замолчала, потом вопросительно взглянула на Алана, которого держала за руку, закрывая пластырь, и проговорила почти шепотом:
— На меня набросились с ножом.
— Вы хотите сказать, хотели заколоть?
— Это был кухонный нож, — уточнил Алан, — но она не пострадала.
— Это произошло где-то на улице? Какой-нибудь молодой злодей попытался напасть на вас? Ограбить?
— Скорее всего да.
— И вы, конечно, вызвали полицию?
— Ни у одного из нас не оказалось мобильного телефона. Когда вернулись домой, мы сказали друг другу, что, поскольку ничего страшного не случилось и Дафни не причинили вреда, не стоит вызывать полицию.
Льюис сразу понял, что Алан лжет, причем довольно неуклюже, как человек, который обычно говорит правду.
— Казалось, все в порядке, — продолжал Алан, — но затем у Дафни вдруг начали трястись руки.