Когда «глухари» (ироничное сленговое прозвище гидроакустиков на кораблях) безнадежно теряли контакт с подводной целью, то Русленев, награждая всех соответствующих специалистов убийственными эпитетами собственной конструкции, вновь смотрел на карту маневрирования и так, и этак, рассказывал, под нос самому себе, где он видал весь этот их металлолом, называемый ГАС. Через пару-другую минут следовали команды на изменение курса и он выдавал вероятный пеленг поиска. И что вы думаете? «Пропажа» находилась – во всяком случае, с вероятностью восемьдесят процентов! Говорят, большая вероятность только у справки из морга…
Так было и сейчас – на зюйд-осте КПУГ из трех МПК азартно молотил глубины посылками своих ГАС и засорял эфир победными воплями об установлении устойчивого контакта с подводной целью.
Между двух глубоких затяжек сигаретного дыма, командир «Летучего» Стас Неверский изрек: – Когда очень нужно найти лодку, каждый КПУГ находит свою собственную…
– Ага, и даже – каждый корабль – поддержал его флагманский штурман бригады Павел Поморин.
Комбриг Русленев, даже не оглядываясь, уверенно сказал: – А вот там есть хорошая такая банка, глубина где-то сто – сто двадцать метров. И на ней скопилось всякой всячины! И – обрывков тралов, и якоря и даже – похоже на то, останки какого-то судна. Но, что интересно – каждый раз одна и та же история – именно там и обнаруживают «вражескую» подлодку!!! Хоть бы красный крест там начертили себе на картах… Я ее с лейтенантов помню в этом самом полигоне!
После чего, взяв микрофон ВПСа, (даже не матерясь – ну, ладно, чего уж там, почти не матерясь…) он разъяснил командиру дивизиона МПК его ошибки и выдал новые целеуказания на дальнейшие действия.
– Татаро-монгольская орда! – ругнулся Виктор Сергеевич, присыпав все это положенными по случаю междометиями – на шесть кораблей – четыре типа ГАС! Вот и, действуй тут по наставлениям и инструкциям… А вот когда в вышележащем штабе начнут заслушивать, то попробуй-ка, объясни, по какому такому наставлению и в каком варианте ты действовал…
Павел Поморин, вполголоса, чтобы никого не отвлекать и никому не мешать, рассказывал своим младшим коллегам и Слоникову, который тоже оказался на ГКП и ходовом после выступления по ГГС с новостями, о некоторых нюансах местной морской топонимики.
– …да тут полно всяких «крестовых» названий и имён – традиция местная такая была – рассказывал он:
– Поморы, авторы этих названий, были очень набожны – ходили по морям до Новой Земли и до Груманта – Шпицбергена, а погода там… Вот и молились Христу-Богу и святому Николе, заступнику за всех моряков перед ним. Поэтому, традиция у них такая была из – шторма живым спасся – руби крест и ставь его на берегу, рыбы поймал полные трюма – опять руби крест, Бог внял твоим молитвам, послал удачу – вновь руби крест, да побольше! Даже самого Петра I в 1792 году заставили лично срубить крест – когда из бешеного шторма в Белом море спаслись. А второй крест он сам на Соловках, по собственному почину, из сосны вырубил и установил. Вот так вот! – тут Павел сделал паузу, что-то вспоминая. И продолжил: