Он обернулся, услышав за спиной шевеление. Спросил удивленно:
— Лунь, ты живой? А я думал, всех положили.
Командир поднимался на ноги, тяжело опершись на меч. Половина лица у него была залита кровью, рана над правым глазом смотрелась жутко.
— Я вот не знаю, — сказал ему Ясень, — что теперь с рудой делать? Просто так ведь на дороге не бросишь. Торгаш говорил, продать кому-то хочет. И ведь не брехал, наверно. Страшно представить, сколько за этот ящик дадут…
Лунь, шатаясь, подошел ближе. Вгляделся, словно не узнавая.
— Ну, так что? — спросил Ясень.
— Ты останешься…
— В смысле?
— Останешься в этом ущелье, тварь.
Лунь кинулся на него, ударил всем своим весом, не давая возможности увернуться, и они вместе полетели с обрыва.
2
Солнце припекало затылок, рядом шумел прибой, и открывать глаза не хотелось. Спешить было некуда, время как будто остановилось. Можно лежать, уткнувшись лицом в песок и ощущая, как тепло наполняет тело, а холод ледяного ущелья нехотя отступает, растворяется без остатка…
Ущелье?..
Ясень вздрогнул и приподнялся. От резкого движения голова закружилась. Переждав дурноту, он осторожно сел. Машинально стряхнул песчинки и огляделся, не веря своим глазам.
Он был один на пустынном пляже. Волны лениво накатывали на берег, солнце стояло почти в зените. Солоноватый воздух приятно щекотал ноздри. Море, впитавшее небесную синеву, раскинулось на полмира; взгляд скользил по линии горизонта, не находя, за что зацепиться.
Пляж тоже выглядел бесконечным. Ни кустов поблизости, ни деревьев — только пологий скалистый выступ в сотне шагов. Но этого было вполне достаточно, чтобы Ясень сообразил, где находится.
Берег Творения. Место, где он беседовал с посланцами древнейших родов.
И как же его сюда занесло?
Пот градом стекал по спине, и Ясень, опомнившись, содрал с себя полушубок. Вздохнул с облегчением. Хотел встать на ноги, но накатила слабость. Тогда он снова прилег и закрыл глаза. В памяти всплывали изрубленные тела на дороге, кровь на снегу, фиолетовая руда. Вот корчится купец возле дровней, вот Лунь сбивает Ясеня с ног. Но падение длится всего секунду. Да, точно — склон не отвесный, поэтому Ясень не сразу летит на дно, а катится кувырком. Удар о камень, треск и вспышка ослепительной боли. Потом пустота, жгучий невыносимый холод и, наконец, он приходит в сознание на морском берегу…
Ладно, раз ноги не держат, поработаем головой. Поразмыслим. Прежде всего — почему вдруг Лунь на него набросился? Услышал, наверно, его разговор с купцом. И увидел, как Ясень достал из ящика фиолетовый сгусток. Ну да, если кто-то берет живую руду вот так, голыми руками и не помирает при этом, даже с ума не сходит, поневоле закрадываются мысли…