– Иди, племяшка.
Дядька подошел вплотную. Настя чувствовала его кислое дыхание. Он поднял руку и уперся в стену у головы Насти. Девочка поморщилась от резкого запаха пота.
– Ну что ты, девочка, давай я тебя приласкаю.
Он провел тыльной стороной ладони по лицу Насти. Она зажмурилась.
– Ты ведь хорошая девочка. Я ведь тебе теперь заместо папки. Хорошие девочки слушаются папку.
Он дотронулся до ее шеи. Настя вздрогнула от холода перстня, но глаза так и не открыла. Музыка в голове играла негромко, но с постоянной частотой. Только когда дядька дотронулся до ее груди, звук начал нарастать. Настя открыла глаза и скорее рефлекторно отбросила руку родственника.
– Ты чего? Тебе не понравилось? – Он схватил ее за талию обеими руками и прижал к себе. Настя забарахталась. Дядька пригнулся к ее шее и облизал. Чувство отвращения и стыдливости горьким комком подкатило к горлу. Он что-то шептал ей, лизал, целовал и снова шептал. Но Настя молчала и сопротивлялась. Когда он сильно схватил ее за грудь, Настя вскрикнула и снова замолчала. Но когда он, пыхтя, начал стягивать с нее джинсы, она воспользовалась моментом и ударила со всей силы ногой ему под колено. Михаил взвыл и согнулся пополам. Настя толкнула его и выбежала из туалета, едва не сбив подругу дяди. Музыка разрывала голову Насти изнутри.
Михаил поднялся почти сразу же и собирался бежать за глупой родственницей. Но остановили его два обстоятельства. Первое – нога все-таки еще болела, и передвигался он с трудом, а второе обстоятельство могло в любой момент вцепиться ему в глаза. По крайней мере, ему так показалось.
– Ничего не хочешь рассказать своей Киске?
Глупая тварь. Надула свои губы, как… Он не нашелся с определением и закончил свою мысль уже привычным – глупая тварь. Тварь была дочерью богатых придурков, которые закрывали глаза на шалости дочери за их, между прочим, кровные денежки. Одной из шалостей был он сам. Сорокалетний лоботряс. Он был старше ее отца на год и шесть месяцев.
– Я слушаю, – настояла подруга.
– Слушай, Марин… – Он не знал, что она слышала, поэтому решил начать сначала. – У нее вообще-то отец умер.
Вместо дальнейших расспросов девица расплылась в улыбке и медленно пошла к нему.
– Миша, – сказала она, когда подошла ближе.
– Да, – ответил Михаил.
– Знаешь, чего я хочу?
– Не начинай. – Он знал, поэтому улыбнулся. – Здесь же похороны.
– У меня никогда не было на похоронах.
Он хотел признаться, что и у него тоже, но вовремя одернул себя. Он тем ее и зацепил, что у него было везде. Но он хотел подзадорить ее.
– Имей совесть. – Он посерьезнел. – Это ведь похороны моего брата.