— Идет, — просто ответил он и сразу перешел к делу: — Мне не совсем понятно, по какой причине контрразведка интересуется нашими сотрудниками. Если к ним есть какие-то претензии по работе, это функционал особого отдела промзоны. А если они замешаны в чем-то сами по себе — к чему ваш визит сюда?
— А если и то, и другое? — не растерялся Кузьминок. — Что, если сотрудники режимного предприятия совершили правонарушение во время выполнения должностных обязанностей? Как быть в этом случае? Расследование уголовных преступлений, в частности похищений, находится вне рамок ваших полномочий. И мы не стали бы вас беспокоить, если бы смогли просто допросить подозреваемых. Но они пропали. Скрываются.
Я сунул шапку в карман и принялся расстегивать куртку. Тот факт, что особый отдел промзоны не подчиняется контрразведке, изрядно удивил, зато становились понятны истинные мотивы Кузьминка. Ох, уж эти ведомственные разборки…
— Похитили? — хмыкнул Виктор Борисович. — Кого похитили? И почему этим занимается контрразведка?
— Персоналии не важны, а занимаемся мы этим, поскольку деятельность потерпевшего входит в сферу нашего внимания.
— И есть доказательства вины наших сотрудников?
Григорий при этих словах повернулся ко мне:
— Вячеслав Владимирович, расскажите, к каким выводам вы пришли.
Но тут улыбнулся сидевший за столом уник. Точно — уник. Ходячая аномалия, у меня только от магических аномалий так голова раскалывается.
— Так понимаю, Вячеслав Владимирович, не ваш штатный сотрудник?
— И даже не сексот, — не полез я за словом в карман. — Я компаньон потерпевшего.
— И к каким же выводам вы пришли? Поделитесь, будьте любезны, — скептически улыбнулся начальник особого отдела, но человек за столом неожиданно его перебил:
— Не надо, — махнул рукой Евгений Максимович. — Только зря время потеряем.
— И? — уточнил Кузьминок.
— Можете посмотреть личные дела. Это все. Если вы задержите подозреваемых, представитель особого отдела должен присутствовать на допросе. Любые расспросы касательно лаборатории недопустимы.
— Подождите, — опешил Григорий. — Чего такого секретного могут знать двое охранников и водитель-экспедитор?
— Хотите посмотреть их личные дела? — нахмурился начальник особого отдела.
— Да!
— Так мы договорились?
Кузьминок мрачно глянул в ответ, но игра в гляделки была недолгой, и он сдался.
— Договорились!
— Читайте! — указал Виктор Борисович на картонные папки на краю стола.
— Здесь?!
— Здесь.
Конопатый контрразведчик побагровел от возмущения, а вот я спокойно взял верхний скоросшиватель, открыл его и сразу отложил в сторону. Так же поступил со вторым и третьим.